Книга Дежавю, страница 38 – Лора Кейли

— Подождите, это тот самый случай, с разбившимся легкомоторником?

— Да…

— И вы хотите сказать, что тот, кто был за штурвалом того самолёта, и тот, кто умер двадцать лет назад, – это один и тот же человек?

— Да, это был Питер Кларк. Он погиб дважды, – повторил я, – в ноябре восемнадцатого и вот сейчас.

— Это немыслимо! Можно ли это расценивать как инсценировку смерти?

— Я не знаю, наверное, можно.

— Но кому это было выгодно?

— Я, честно, не знаю.

— Мог ли он быть связан с мафией, нелегальной торговлей оружием или наркотиками? – тыкала она мне в лицо микрофоном. – Кому, по вашему мнению, нужно было инсценировать смерть и похороны этого, – она заглянула в статью, – Питера Кларка, много лет назад.

— Я понятия не имею.

— Он был связан с чем-то преступным?

— Нет, он был обычным профессором.

— Обычные профессора не живут под прикрытием двадцать лет после инсценировки собственной смерти.

— Может, это была не инсценировка, – откашлялся я, – может, он на самом деле умер двадцать лет назад.

Репортёрша отстранилась от меня и посмотрела так, словно увидела во мне психа.

Потом посмотрела в камеру.

— Мы понимаем что вы пережили шок, Керри.

— Да, я…

— И сейчас кто-то убрал и его дочь?

— Да.

— И могут убить и вас?

— Я надеюсь, что нет, но на меня уже второй раз покушались. Но дело не в этом, а в том, что человек погиб дважды, тогда и сейчас.

— Да, мы поняли это, Керри.

— И я ещё хотел сказать…

Я хотел сказать ещё многое, когда к месту, оглушая всех воем сирен, подъехал ещё один полицейский автомобиль.

— Так, что здесь происходит? – человек в пальто и с полицейским значком вышел из полицейского «Форда» и направился к нам. Оператор отошёл подальше, чтобы захватить ещё и полицейского.

— Вы свидетель? – спросил полицейский.

— Простите, у нас здесь интервью! – перебила его репортёрша.

— Здесь не место для журналистов, – гаркнул он на неё. – И вы не имеете права допрашивать свидетеля.

— Мы свободное СМИ, мы на всё имеем право!

— Только после того, как мы сделаем свою работу, пожалуйста, отключите камеру, оттолкнул он её и пошёл на оператора.

— Уважаемые телезрители, мы вынуждены прервать наш репортаж, потому что в этой стране нет свободы слова!

— Снято! – сказал оператор.

— В этой стране есть закон! – сказал полицейский.

— Да идите вы! За мной, Френк! – скомандовала она оператору и прошла мимо меня.

— Скажите, это покажут по телевидению? – крикнул я вслед садящейся в фургон журналистке.

— Уже показали, парень, это было прямое включение, – захлопнула она дверь фургона с огромной тарелкой на крыше.

— Чёртовы телевизионщики, – покосился на них офицер, – надеюсь, вы не сказали ничего лишнего, что могло помешать следствию, раскрыв раньше времени детали дела?

— Не сказал, – соврал я.

* * *

— Итак, убийство произошло на ваших глазах?

Полицейский участок гудел ксероксами, факсами и кулерами с водой.

— Да, на моих…

— За последнюю неделю это второе убийство с вашим участием, мистер Мильтон.

«Третье», – но я промолчал.

— Значит, огнестрел, – пролистывал бумаги инспектор, – вы были знакомы с убитой?

— Был, Анна была дочерью одного профессора, умершего неделю назад, я хотел написать статью о нём, для чего мы отправились к другому профессору – их общему другу, а на обратном пути её убили.