Книга Дежавю, страница 35 – Лора Кейли

— Мистер Вербах, пожалуйста, – Анна подошла к старику и обняла его за плечи. – Мне очень нужно, чтобы вы вспомнили. Я Анна Кларк, дочь Питера Кларка.

— Кого? А вы кто? – он стал оглядываться по сторонам. – И что вы делаете в моей квартире?

— Вы нас сами впустили, мистер Вербах. Мой отец работал с вами в университете, и ту награду получили вы, а не он!

— Как вы сюда зашли? Полиция! – он побежал к телефону. – Полиция!

— Пора уходить, – схватил я Анну под локоть и потащил к двери.

— Но он же вспомнил! – оглядывалась Анна, выбегая из подъезда.

— Он только нагонит шума. Да и кто ему теперь поверит?

Я огляделся по сторонам – ничего подозрительного. Посмотрел в окна домов, на крыши, подъезды, даже у дверей в магазины никто не стоял. Никого не было рядом.

Никто не преследовал нас. Я оставил машину под аркой дома, за мусорными баками.

— Ну и что вы о нём думаете? – спросила Анна, когда мы уже забежали за угол.

— То, что он псих? – Я подошёл к машине и стал искать ключи.

— Это ещё не значит, что он лжёт.

— Нет, конечно, психи никогда не лгут, – я бил по карманам, – они всегда говорят правду, которая расходится с реальностью.

— С которой из двух?

— Это нам и предстоит узнать. Послушайте, Анна, я знаю, что всё очень странно, – а, вот же они, в заднем кармане, – вы это знаете, я это знаю, разве этого не достаточно?

— Но он может подтвердить наши слова.

— Кто? Он? Если он придёт с нами на шоу, то нас точно сочтут сумасшедшими, садитесь в машину, поедем в редакцию.

Я нажал на брелок, он пропищал, и звук этот слился со звуком от рикошета. В нас кто-то стрелял.

— Быстрее в машину!

Там, с другой стороны перекрёстка, на нас мчался серый автомобиль.

Я завёл тарахтящий двигатель, заблокировал двери и рванул, зацепив боковиной стену и мусорный бак. Нам прострелили бампер, потом ещё раз и ещё.

— Пригнитесь!

Анна вжалась в сиденье.

— Вы как? – крикнул я.

— Всё хорошо! А вы?

— Да вроде в порядке. – Я выехал из арки, слетел с лестниц вниз и завернул за угол. Нужно было затеряться в какой-нибудь пробке, в потоке машин.

— Мы оторвались? – Анна посмотрела в окно.

— Не высовывайтесь!

— Нас убьют?

— Не сейчас!

Я выехал на дорогу и встроился в общий поток, этот тип мчался за нами, отставая лишь на несколько машин.

— Нас догонят, точно догонят, – шептала она, сползая с кресла, – знаете, я хотела сказать вам, Керри…

— Сейчас не время для прощальных речей!

Скрежет металла, резкий хлопок.

Тот тип протаранил пару автомобилей, один из которых врезался в отбойник.

— Нет, правда, я хотела сказать, что я ни о чём не жалею, я хотела сказать вам спасибо!

Нам прострелили окно.

— Что это? – она оглянулась.

— Он сзади!

Я сигналил «Опелю» передо мной, он перешёл на другую полосу, я обогнал грузовик и ещё пару машин. Движение уже сгущалось.

В зеркале заднего вида его уже не было видно.

— Где он? – спросила Анна.

— Не знаю, пока не видать.

Женский визг на тротуаре, скрежет колёс по асфальту.

Этот псих мчался по велосипедной дорожке, обогнал три машины и встал через две сзади нас.

Впереди, возле дороги, намечался какой-то митинг. Люди с большими плакатами выходили к проезжей части, собираясь её перекрыть.

— Это ещё кто?

— Протестующие! – Анна закрыла глаза.

Ещё немного, и они остановят движение.