Книга Убийство в книжном, страница 101 – Анита Дэвисон

— Похоже, ты прекрасно осведомлен, папа. – Ханна хотела успокоить его, объяснить, что у Мюррея все не так страшно, как он себе вообразил, но сейчас было не лучшее время упоминать, что она и сама пусть изредка, но заглядывала туда.

— А ты видела, как одеты парни в подобных заведениях? – спросил он с шумным выдохом. – Ярко-желтые или лазурные жилеты, и ни одного нормального галстука, только эти смехотворные шейные платки. И монокли! – Он фыркнул. – И танго, конечно. Чем плох старый добрый вальс, я спрашиваю? И все как один, разумеется, плевать хотели на закон о «прекрасном сне», нисколько не задумываются о последствиях.

Ханну повеселило его определение нового закона, предписывающего пабам и танцевальным залам закрываться до десяти часов вечера.

— В глубине души Лили-Энн всегда чувствовала себя одинокой. – По его отсутствующему взгляду Ханна поняла, что отец ударился в воспоминания. – Она так и не оправилась после того скандала в девятьсот четвертом. Неудивительно, что она дошла до ручки, – рассеянно пробормотал он. – Да уж, буря в стакане воды. Но слезами горю не поможешь.

— Одинокой? – с сомнением хмыкнула Ханна.

Лили-Энн всегда любила и умела быть в центре внимания. Ханна по сравнению с ней была серой мышкой. Ей стало любопытно, сколько расхожих фраз папа может выдать за день, но потом она осознала смысл того, что он сказал, и насторожилась:

— Скандал? Что за скандал, папа?

— Пожалуй, не стоит ворошить прошлое, милая. – Отец взглянул на свои карманные часы. – Мне пора возвращаться, иначе пропущу ужин. Подбросить тебя куда-нибудь? Меня ждет кеб.

— Нет, не волнуйся. Я приехала с тетей Вайолет. Счастливого пути домой, передавай маме привет. – Ханна погладила его по щеке и коротко, но крепко обняла.

— Твой отец отлично выглядит, – сказал Дариус Ханне, махавшей отцу, пока его кеб выезжал на шоссе. – Я успел перекинуться с ним парой слов. Он упомянул, что Бентамы остановились у них.

— Да, Луиза Бентам – мамина близкая подруга, поэтому они пока побудут у моих родителей. Дом в Чизике они переписали на Лили-Энн, когда она вышла замуж, так что теперь он переходит Кавану. Папа сказал, что Бентамы не хотят туда возвращаться.

— Думаю, это ужасно, быть вдали от дома и получить известие, что твой единственный ребенок убит. – Дариус отвернулся и устремил взгляд в сторону кладбища. – Я помню, как меня вызвали к директору школы и сообщили, что мама умерла.

Сердце ее сжалось от этих слов. Мать Дариуса была милейшей женщиной, при виде которой Ханне почему-то всегда приходили на ум розы и розовый цвет. Дариусу не исполнилось и пятнадцати, когда мать заболела туберкулезом. Его отец отправил ее лечиться на побережье, но было уже слишком поздно. Она умерла там, и бедный Дариус даже не смог проститься с ней, отчего гораздо тяжелее переживал утрату.

Резко вынырнув из воспоминаний, Дариус сжал ее руку.

— Береги себя, Ханна. – Догадываясь, о чем он думает, Ханна с грустью смотрела ему вслед. Интересно, сможет ли она когда-нибудь, после его женитьбы, поговорить с ним о том, что связывало их в прошлом? Да и нужно ли ей это делать?

* * *

Тетя Вайолет, бросив пальто и шляпу в кресло, растянулась на диване и скинула одну туфлю носком другой.

— До чего глупо с моей стороны было надеть новые туфли на похороны. Пришлось так долго стоять! – Туфля упала на ковер, и тетушка наклонилась, чтобы размять обеими руками пальцы на ноге.