Онлайн книга «Кровавая жатва»
|
Пережденец так и не сумел выяснить на основе этой информации что-то конкретное. Голос звучал приглшуённо, да и подобный анализ для человека оказался слишком сложен. Минут пять мужчина что-то рассказывал расхаживая вокруг трупа. Ему отвечали коротко и едва слышно. В конце концов руководитель остановился в головах покойника и подчёркнуто изрёк: — Глава Хали Маку! — Глава Хали Маку! — торжественно повторили за ним десятки мужчин и женщин. «Вот те на…» — подумал Фёдор — «А здесь уже не Дэя Пюрату „главят“, а Хали Маку… Это потому что дэй умер или священнослужители всегда присягают медведю, а не королю?.. И не нет ли взаимосвязи между словосочетанием „Хали Маку“ и именем Халима. Ведь, если совместить, звучит похоже. Я даже не уверен что это на самом деле два слова, а не одно…» Парень на мгновение представил, как бокаты произносят «Глава Халима», подразумевая человека-мотылька, образ которого он придумал вчера. Сделать из Халимы нового идола для поклонения, было неплохой идеей. Однако в этом вопросе всё зависело от самого старика и того, как он распорядиться отведённой ролью. Кафтан офицера и перстень дэя, довольно мощные символы, так что при желании учитель мог бы добиться на данном поприще неплохих результатов. Есть ли у Халимы потенциал стать пророком Роя, станет видно сегодня, после переговоров с речной общиной. Окончив разнарядку, главарь отчётливо покинул помещение, воспользовавшись правой дверью. После его ухода сборище в наосе задвигалось, начало грюкать инструментами и оборудованием. Они явно готовились к чему-то… Похоже на сегодня у бокатов были запланированы новые мероприятия, связанные с погребальными обрядами. Фёдору же хотелось, чтобы с покойником как можно скорее разделались. Его раздражала вся эта возня и оттягивание неизбежного. «Закопайте его уже или сожгите, умоляю!» — мысленно просил перерожденец. Переговариваясь вполголоса, адепты веры в зверобогов таскали по полу что-то тяжёлое, звенели сталью, гремели твёрдыми предметами. Вскоре их приготовления коснулись и центральной фигуры сего действа. Глинотел почувствовал как дохляка трогают за конечности и меняют его положение. «Только без потрошения, прошу. Вы же не сожёте его внутренности в тех бронзовых чашах напротив статуй, я надеюсь…» — нервничал Фёдор. Труп перенесли на другую горизонтальную поверхность, чуть пониже. Затем ощущения подсказали, что одежду на мертвеце разрезают и снимают. Когда покойника полностью раздели, зазвучало журчание струящейся воды, и бывшего дэя начали обмывать мокрыми тряпками. Кожу его на всех участках тщательно вычистили от дерьма, санья, пота и грязи. Для этого труп дважды перевернули. Под конец его тёрли уже сухой тканью, потому что ёмкость на колёсиках укатили и вода больше не журчала. Вымытого и вытертого покойника оставили ненадолго в покое — наверное, чтобы окончательно обсох. Через минут пять его начали засовывать в какой-то мешок, либо облачать в одежду, — явно новую, потому что порезанную так уже не наденешь. Фёдор тут же успокоил себя, что раз усопшего одевают, то потрошить не будут. Иначе какой смысл? Удобнее сделать это, пока он голый. Когда торс мертвеца подняли в вертикальное положение, стало понятно, что его наряжают в какую-то рубаху. В целом на труп добавили один слой лёгкой нательной одежды, после чего вернули его на постамент с цветочной подложкой, и вновь сложили его руки крест-накрест на груди. Проделав всё это, от дохляка окончательно отстали. По крайней мере, на пока… |