Книга Искушенная грехом, страница 99 – Дэни Ли Мэй

Я роюсь в поисках ключей, когда слышу шаги за спиной, ускоряющиеся, чтобы сравняться с моим темпом. Волосы на затылке встают дыбом, какой-то первобытный инстинкт распознает опасность прежде, чем мое сознание успевает среагировать.

— Сафи.

Я застываю при звуке голоса Деймона, ключи сжаты так сильно, что металл врезается в ладонь. Медленно я поворачиваюсь.

Он стоит примерно в трех метрах, но выглядит иначе. Неопрятный. Волосы немытые, одежда мятая, будто он спал в ней. В его глазах что-то дикое, отчего мой желудок сжимается от страха.

— Деймон. — Я стараюсь говорить ровно, хотя сердце колотится о ребра. — Что ты здесь делаешь?

— Я думал о том, что ты сказала. О выборе. — Он делает шаг ближе, и я инстинктивно отступаю к входу в здание. — О том, что ты решаешь, что будет с нами.

— Нас больше нет.

— Видишь, вот где ты ошибаешься. — Его улыбка неправильная, слишком широкая, слишком острая. — Мы будем всегда, Сафи. Даже когда ты притворялась иначе. Даже когда позволяла этому преступнику прикасаться к тебе.

— Себастьян не...

— Не что? Не преступник? Не убийца? Знаешь, что он делает с теми, кто переходит ему дорогу, Сафи? Знаешь, что он, вероятно, планирует сделать со мной?

Отчаяние в его голосе заставляет его звучать безумно. — Деймон, тебе нужно уйти. Сейчас.

— Я не могу уйти. Ты не понимаешь? Я не могу просто уйти и притворяться, что три года ничего не значили. — Он приближается, и я понимаю, что оказалась в ловушке между ним и входом в здание. — Ты совершаешь ошибку. Огромную, разрушающую жизнь ошибку, и я не позволю тебе ее совершить.

— Это не тебе решать.

— Нет, мне! — Крик заставляет меня вздрогнуть. — Ты запуталась, тобой манипулируют. Этот человек забрался тебе в голову, заставил думать, что ты хочешь того, чего на самом деле не хочешь. Но я знаю настоящую тебя, Сафи. Я знаю, что тебе нужно.

— Ты ничего не знаешь о том, что мне нужно.

— Я знаю, что тебе нужна безопасность. Стабильность. Кто-то, кто не разрушит твою жизнь ради собственного извращенного удовольствия. — Его голос падает до срочного шепота. — Я знаю, что ты боишься признать, что совершила ошибку, но еще не поздно. Мы можем все исправить.

— Нечего исправлять, потому что ничего не сломано. — Я отодвигаюсь в сторону, пытаясь увеличить расстояние между нами. — Я решила уйти, Деймон. Я выбрала Себастьяна. Это были мои решения.

— Решения, принятые под принуждением. Решения, принятые потому, что он манипулировал тобой, запутал тебя, заставил думать, что ты хочешь того, чего не хочешь.

Покровительственный тон, абсолютная уверенность в том, что он знает мой разум лучше меня, посылает ярость по моим венам. — Хватит. Просто перестань говорить со мной, как с ребенком, который не может принимать собственные решения.

— Тогда перестань вести себя как ребенок! — Маска разумности полностью спадает. — Перестань выбрасывать всё хорошее в своей жизни ради какой-то гребаной фантазии, которая тебя уничтожит!

— Единственное, что меня уничтожает, — этот разговор. — Я поворачиваюсь ко входу, но рука Деймона вылетает, хватая меня за запястье.

— Не смей уходить от меня.

Его хватка достаточно сильна, чтобы причинить боль, достаточно сильна, чтобы оставить следы. Деймон, с которым я встречалась три года, никогда не повышал голос, никогда не прикасался ко мне в гневе. Этот человек — незнакомец в его лице.