Книга Сводные. Мы остались одни, страница 72 – Инна Матвеева

Подавляю желание спорить. Да и отвечать не тянет.

— Вась, не начинай, — мягко прошу, успокаивающе поглаживая его по спине.

Как ни странно, срабатывает. Вздохнув и разогнав мне мурашки от горячего дыхания по коже, Вася утыкается лицом в мои волосы.

— Когда ты уже окончательно будешь моей... — отчаянно проговаривает, крепче сжимая.

Сглатываю ком в горле. Не знаю, что имеет в виду Вася, но прошло уже три недели... Может, стоит хотя бы попытаться вывести наши отношения на новый уровень?

— Возможно, сегодня, — шепчу.

Дыхание Васи резко прерывается, выдавая, что я понята. Но не отступаю, наоборот, поднимаю голову, тянусь к его губам своими. Поцелуй выходит хаотичным, неловким, неполноценным.

— Правда? — слышу лихорадочный вопрос.

Подавляю дрожь, старательно избегая взгляда Васи и мысленно спрашивая себя: неужели я сделаю это? Прямо сегодня? Сейчас?..

— Нам надо пойти дальше, — решительно отвечаю и себе, и ему.

И для Васи этот ответ убедителен. Меня опускают на кровать и целуют на этот раз гораздо более чувственно. Размыкаю губы, позволяя нашим языкам встретиться, не перестаю обнимать его. Мне же приятно с ним целоваться. Конечно, это не сравнить с ощущениями от поцелуев Феликса, но...

Вспыхиваю от этой мысли. Совершенно неуместной и непонятно к чему пришедшей в голову. Она подгоняет к решительным действиям — провожу руками по спине Васи, притягиваю к себе, чувствую его возбуждение, закрываю глаза...

Его жар и моё волнение создают впечатляющий коктейль, от которого я теряюсь. Поцелуй становится более уверенным и требовательным — кажется, даже если я захочу, не смогу это остановить...

Но ведь не должна. И зачем только я снова думаю о Феликсе...

Хорошо, что Вася не умеет читать мысли. Наши губы разъединяются, но действия на этом только начинаются. Он скользит рукой вверх по моей к плечу, шее и дальше, к волосам. Смотрит жадно, нетерпеливо.

Потом опускается, касаясь губами шеи... Довольно щекотно. Почему сейчас это так, а когда Феликс целовал мне шею, меня обдавало жаром, буквально уносило и этим пугало?

Тело реагировало на прикосновения рук и губ сводного куда более отзывчиво, но, наверное, потому что меня тогда ими врасплох застали. А сейчас я сама Васе предложила, вот и сосредоточиться никак не получается. Надо просто погрузиться в ощущения, не думать о лишнем...

Стараюсь расслабиться и не обращать внимания на то, что сердце колотится почти болезненно, что нервы натянуты как струны; что тяжесть тела парня ощутимо напрягает... Цепляюсь в его футболку, вдруг подумав, что даже лёжа под Феликсом в совершенно непредсказуемых обстоятельствах, я не чувствовала себя такой беззащитной, как сейчас.

А Вася тем временем лижет мне ухо, настойчивее шаря руками по телу. И, кажется, уже расстёгивая мне юбку.

— Тебе хорошо? — неожиданно спрашивает, не прекращая слюнявых ласк уха.

— Да... — задохнувшись от щекотки и дискомфорта, выдыхаю.

В конце концов, мало у кого первый раз бывает удачным. А мы только начинаем, рано делать выводы. Торопливо целую Васю и слегка дёргаю края его футболки, желая ускорить процесс. От прелюдии мне скорее не по себе.

Но Вася явно считает, что для девственниц она важна. И, наверное, он в этом прав, а сейчас выражает заботу; но я с трудом терплю происходящее. А ведь поцелуи с ним мне нравились...