Книга Сводные. Мы остались одни, страница 8 – Инна Матвеева

— Не против, — соглашаюсь, ведь папу из вида всё равно не потеряю. А так мне хотя бы будет веселее.

...Рядом с Васей время пролетает незаметно. Мы и разговариваем, и вместе подходим и к папе, перекидываемся фразами; и танцуем несколько раз — оба скорее неуверенно, не привыкли делать это на публике. Да и вообще, не такие чтобы танцоры. Но тем приятнее, что у нас это совпало.

И что явно не фанат танцев Вася каждый из этих разов сам затаскивал меня подвигаться. Догадываюсь, зачем — чтобы найти повод лишний раз коснуться. И мне это нравится. Его прикосновения мягкие и ненавязчивые, а тепло обволакивающее. Даже не ожидала, что, оказывается, со всеми этими проблемами зря упускала взаимодействия с парнями. Это приятно — и чувствовать скорее робкие попытки Васи быть ближе, видеть его симпатию, общаться и флиртовать...

Папа рассказывал мне про знакомство с моей мамой и про то, как вспыхнул к ней сразу. У нас с Васей по-другому всё, спокойно. Но тот факт, что я вообще вспоминаю эти слова отца, да и теперь наслаждаюсь вечером, говорит гораздо больше. Незачем подгонять себя под чей-то опыт, да и заранее делать выводы ни к чему.

— Чем ты завтра занята? — с загадочной улыбкой спрашивает Вася, глядя всё тем же очарованным взглядом. — Я бы хотел ещё встретиться.

Он имеет в виду свидание — это очевидно. До этого легко и непринуждённо общающийся со мной Вася чуть смущается будто в волнении перед моим ответом.

— Я, наверное, не смогу... — тихо проговариваю и вздыхаю.

Не хочется расстраивать Васю и возвращать нас в реальность, где моё свободное время зависит не от меня. Настолько, что даже в школе задерживаться боюсь иногда.

Гуляю, конечно, тоже. Но в основном или с отцом, или когда он надолго на работе. А второе уже намного реже. Вчера, например, папа на обследованиях был перед очередной операцией. Я рвалась пойти с ним, но он на этот раз в принцип пошёл. Потому и нервно музыку слушала весь день в наушниках — она обычно успокаивает.

Новости, к счастью, скорее оптимистичные.

Вася ощутимо напрягается и водит меня в танце уже даже более деревянно, чем до этого. И молчит всё это время.

— Дело не в тебе, — решаюсь первой нарушить паузу, а то Васе и без того стоило нервов меня пригласить. — Я была бы рада, просто...

Осекаюсь не по своей воле — нас вдруг разрывают друг от друга. Ну, точнее, меня выдёргивают из рук Васи. Чужая хватка обжигает предплечье, и почему-то даже прежде чем развернуться, я понимаю, чьё это прикосновение.

Часто моргаю, с трудом стою на ногах. Странно смотрит Феликс. Даже ещё более непонятно, чем раньше.

— Эм, ты чего? — первым приходит в себя Вася, пока мы со сводным так и стоим, не сводя друг с друга взгляда.

— У меня важное дело к... сестре, — хм, у Феликса тоже сложности с обозначением моей роли? Неудивительно, только вот они во мне вдруг отзываются сжатием сердца в груди. — Не до ваших танцев сейчас. Я заебался ждать, когда вы разойдётесь.

Феликс отпускает мою руку на последних, чуть более резких, словах. И на меня больше не смотрит, только на друга.

Он тоже на меня вопросительно глазеет. Ждёт моего решения.

— Хорошо, пошли поговорим, — стараюсь как можно более невозмутимо обратиться к Феликсу.

Ведь я тут из-за папы, а потому уж точно не хочу испытывать терпение сводного. Судя по опасному блеску в его глазах, оно у него и так почему-то на пределе...