Книга Сводные. Мы остались одни, страница 5 – Инна Матвеева

Он так и не реагирует на мои стуки. И тогда я, глубоко вздохнув, решаюсь открыть дверь и войти сама.

Парочка резких движений — и вот я уже здесь. Феликс сидит на кровати, на нём только джинсы. Те самые, в которых он пришёл откуда-то, где был допоздна. Вряд ли собирается спать, иначе бы переоделся... Хотел в ванную?

Сглатываю, безотчётно пробегая взглядом по его торсу. Крепкое тело, подкачанное. Проступают бицепсы и кубики... И вроде бы мне всегда была безразлична мужская внешность, но Феликс настолько возмужал, что я растерялась ещё когда ко мне в комнату зашёл. Узнала, наверное, только по взгляду. Он всегда смотрел на меня волком. И ладно бы просто недружелюбие было, но за ним будто стоит что-то, что отзывается во мне болезненным надрывом.

Ой... Кажется, я тут зависаю слегка. И Феликс ловит мой взгляд. Пристально смотрит в ответ, причём прямо в глаза, и ухмыляется.

Вспыхиваю от этой усмешки, почему-то напоминающей, что сводный сегодня застукал меня не в самый удачный момент. Теперь я переоделась, в куда более закрытом виде перед ним. Широкие штаны и футболка. Но от этого не легче, тем более что взгляд Феликса неспешно скользит по моей фигуре и становится насмешливым. Сводный явно обращает внимание, что теперь я выгляжу иначе.

— Ты не спишь, — решаю наконец заговорить.

То ли от долгого молчания, то ли от непонятной атмосферы между нами мой голос звучит хрипловато.

— Как видишь, — безучастно подтверждает Феликс.

Я не должна спрашивать. Мне вроде как наплевать, я тут не за этим. Но само собой вдруг вырывается:

— Почему тогда не открыл?

Ведь он слышал мой стук. Никаких наушников или чего-то ещё, способного его настолько отвлечь, рядом не видно.

— Понял, что это ты. Стало интересно, осмелишься ли зайти.

Его ответ не звучит издевательски, всё так же отстранённо, но я поджимаю губы. Приходится отвести взгляд, чтобы собраться. Не знаю, издевается Феликс или непонятно зачем испытывает меня, но становится обидно. Тоже мне экспериментатор. Что ещё ему интересно?

— Я слышала, что папа устраивает завтра вечеринку в своём клубе в честь твоего возвращения, — выпаливаю, решив сразу перейти к делу. В предисловиях всё равно нет смысла. — Можно, я пойду на неё?

Феликс иронически кривит губы. Подозреваю, что он обо мне думает — то я легкомысленно верчусь у зеркала, не желая работать, то рвусь в клуб на тусовку. Но наплевать. Мне нет дела до этого человека и его мнения, а скоро он вообще уедет. Ведь собирается?

— Иди, — пауза не длится долго. И я даже не получаю язвительных комментариев по поводу моей просьбы.

Вздыхаю. Мне ведь не столько его разрешение нужно — при желании и так попаду на вечер с помощью папы. Но хочется быть уверенной, что Феликс не проявит недовольство от моего присутствия, не потреплет нервы отцу, который старался ради сына...

— То есть ты не против? — уточняю, не зная, как получить от сводного гарантии, что наше незримое противостояние не станет реальным в этот вечер.

Когда мы были маленькими, Феликс не то чтобы обижал меня. Иногда отбирал вкусняшки, отстранялся от меня в школе, всячески давал понять, что не друг. Но серьёзной опасности я от него не чувствовала даже после его скандала с моей мамой.

Но почему-то чувствую сейчас. В этой усмешке, в блеске, который добавляет враждебному взгляду что-то ещё, не оставляющее в покое...