Онлайн книга «Та, кого я потерял»
|
Я шагнул в прихожую и услышал, что из ванной доносится шум воды — Алина принимала душ. Я скинул обувь, намереваясь пройти в спальню, где, вероятнее всего, и оставил рабочий телефон, но услышал резкий, раздражающий звук… С таким звуком Алине обычно приходили сообщения, что меня ужасно раздражало. Я миллион раз просил перевести уведомления на беззвучный режим, но она только смеялась и говорила, что привыкла к этому звуку и иначе уже не может. Я машинально повернул голову и увидел её телефон на тумбе совсем рядом — он лежал не заблокированным, хотя обычно она за этим следила. Глаз успел зацепить пришедшее сообщение… «Зай, ну что там, вы едете на Мальдивы?? Он не спросил, можно ли тебе на солнце после твоей типа болезни?» Я замер, забыв, как дышать. Взгляд буквально прилип к одному слову — «типа». Что это значит — «типа»? Так не пишут о серьёзном заболевании. Так пишут о том, чего, может, и не было вовсе. Сердце застучало где-то в горле — тяжело, гулко, будто пытаясь выбраться наружу. Я взял телефон в руки и кликнул на пришедшее сообщение. Открылась переписка с лучшей подругой Алины — Светой. Я пробежался по ней глазами, начал нервно листать вверх, всё выше, глубже в историю — и с каждой строчкой по телу расползался такой холод, будто кто-то по капле вливал в мои жилы лёд. «Как самочувствие, когда результаты биопсии?» — писала Светка. «Нормально все. Оказалось — просто кисты. Но я капец, как испугалась», — отвечала ей Алина. «Ну, слава Богу, что не рак! Паше рассказала?». «Пока нет. Хотела, но… подумала — зачем? Он так надо мной трясётся, даже смешно иногда! Обещал, что поможет с лечением, даст денег, сколько нужно…» Этим сообщениям было два года. Буквы плыли перед глазами, расползались, но снова упрямо собирались в те же самые слова, как бы мне ни хотелось убедить себя, что все это мне лишь мерещится. Я вспомнил тот день, два года назад, когда она рыдала у меня на плече, зажимая рукой грудь, и шептала сквозь слезы «Павлик, я умираю. У меня рак… Господи, за что мне это?!». Я чётко помнил ту дату — пятое августа. В переписке с подругой Алина писала, что все обошлось и это было неделей позже. Она мне солгала. Тогда ещё ничего не было точно известно, но она в истерике уверяла меня, что умирает. Нарочно ли?.. Я никак не мог отвести глаз от экрана, хотя строчки буквально жгли глаза. Каждое слово впивалось в грудь, как маленький острый гвоздь, а я стоял посреди прихожей, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Вспомнилось, что Алина никогда передо мной не обнажалась. Что наш интим всегда происходил в глухой темноте и она запрещала мне хоть пальцем касаться своей груди… Я думал — дело в болезни, стеснении из-за шрама после операции и никогда не давил, ни на чем не настаивал. Но оказалось… Она никогда не была больна той болезнью, из-за которой я так испугался, что потеряю ее. Зато она брала у меня деньги на дорогостоящее лечение и я давал — бесконечно, практически не задавая вопросов. Я поддерживал ее, говорил, что все будет хорошо, обещал, что она поправится и тогда мы вместе увидим весь мир, как она о том мечтала… Я и в самом деле трясся над ней, угождая и исполняя любой каприз… Господи! Да я же семью свою бросил, растоптал семнадцать лет жизни, разбил жене и детям сердца своим холодным предательством, и посвятил два года жизни женщине, которая мне расчетливо врала! |