Книга Элементы любви, страница 21 – Шула Ли

Вот оно!

Открываю анкету в его профиле и бегло просматриваю вопросы. Это договор, замаскированный под опросник, и… погодите-ка, откуда Бет узнала мой номер социального страхования? Предпочту об этом не задумываться. Я пролистываю до последней страницы и рядом с галочкой «принять» нажимаю «прочитать политику конфиденциальности и условия».

Я не тороплюсь и, поморщившись несколько раз, наткнувшись на пункты, которые Купидон цитировал в своем сообщении, получаю подтверждение: я вправе не сотрудничать.

В голове загорается лампочка: кажется, у меня есть план.

Улыбка медленно появляется на моем лице, и настроение тут же улучшается.

Закрываю приложение, уже представляя поражение Купидона. Но прежде чем окончательно отложить телефон, как делаю это каждый вечер перед сном, я захожу в виртуальный кампус университета, чтобы проверить, нет ли новых сообщений.

И, к моему удивлению, сообщение есть. От доктора Смита.

Я распахиваю глаза, когда читаю его содержание.

Издаю визг – очень громкий: меня взяли, меня взяли на практику!

Но моя радость почти сразу сменяется растерянностью, и я проверяю, действительно ли сообщение адресовано мне. В начале стоит мое имя – ошибки быть не может.

Это невозможно. Я же провалила собеседование. Я не смогла ответить на его вопрос, и он, можно сказать, выставил меня из кабинета. Он сказал мне нет. Ладно… на самом деле он никогда не говорил этого прямо – я сама так решила.

Дверь моей комнаты распахивается, и в проеме появляется Бет.

— Это первое, что попалось под руку. Где угроза?

Я разражаюсь смехом.

Бет стоит с растрепанным пучком на голове, пряди падают ей на лицо. В одной руке она держит швабру, в другой – сковороду, глаза у нее заспанные, с налипшими корочками, и вытаращены. Сейчас ее легко принять за зомби.

— Никакой угрозы нет.

Она медленно опускает оба оружия и обводит комнату взглядом, все еще не веря, что нет никакой неминуемой опасности. Наконец она смотрит на меня и спрашивает:

— Тогда почему ты закричала?

Я открываю рот – и тут же закрываю. Я ведь ничего не рассказывала ей ни про собеседование, ни про практику после того, как все пошло не так. Более того, я так старательно пыталась забыть об этом, что почти перестала вспоминать.

— Если вкратце – меня взяли на практику.

И пусть сегодняшний день начался не лучшим образом, ясно одно: закончился он лучше, чем я могла себе представить.

У меня есть план, как покончить с Купидоном, и, оказывается, доктор Смит все-таки не счел меня таким уж плохим вариантом.

Отглаженный халат, защитные очки, тетрадь, синяя ручка… Я кладу еще маску и пару перчаток. Наверняка в лаборатории все это будет, но на всякий случай. Застегиваю сумку, беру ключи от дома и выхожу в университет.

Это первый день практики, и я счастлива. Сегодня утром по дороге в университет я позвонила родителям, чтобы сообщить им прекрасную новость. Как и ожидалось, они обрадовались и без конца повторяли, как они мной гордятся. Настроение мгновенно улучшилось, и меня даже не задели взгляды, которые люди бросали на меня из-за Купидона. И, раз уж речь об этом, признаю: все немного поутихло – главным образом, потому что аккаунт больше не высказывался после того последнего поста, где выставлял меня злодейкой истории. Но я не хочу преждевременно праздновать победу, потому что знаю: стоит им выложить что-нибудь – и я снова окажусь в центре внимания. Мне нужно воспользоваться этой паузой и привести в действие свой безотказный план сразу после двух часов практики.