Книга Элементы любви, страница 29 – Шула Ли

— Наверное?.. – наклоняю я голову, сомневаясь.

— Фотографии, Лекси. Фо-то-гра-фии! – восклицает он, будто это очевидно. – Их же кто-то должен снимать. Кто-то, кто находится на месте свидания.

— Ты хочешь сказать, Купидон ходит на свидания?

— Именно. Купидон обязан быть там. Насколько я понял, он не раскрывает место, пока свидание не закончится. Значит, то, где мы будем, известно только ему. Остается лишь поймать его с поличным, – заканчивает он с победной улыбкой.

Я перевариваю его слова.

Откуда Брайс столько знает про Купидона? Бет тоже знала это? Очевидно, что да – и наверняка она не сочла нужным поделиться.

Мысленная заметка: снова убить Бет.

Что до плана – признаю, он абсолютно логичный и выглядит рабочим. Если мы пойдем на это, значит, нам нужно будет делать то, о чем он не сказал прямо, но тем не менее это читается между строк.

— Это означает, что мне придется ходить на свидания. С тобой, – говорю я медленно.

— Ага… – беззаботно кивает Брайс и проводит пальцами по своим кудрям, не отрывая от меня взгляда.

Если Купидон действительно присутствует на свиданиях, достаточно просто прийти – а это я могу сделать и одна. Присутствие Брайса необязательно. Я уже начинаю облегченно улыбаться, но Брайс, кажется, читает мои мысли.

— Прежде чем ты это скажешь: нет, одной идти нельзя. Мы себя выдадим. Мы должны убедить его, что мы знакомимся – и даже влюбляемся, как любая другая его пара.

Мое мгновенное облегчение мигом исчезает.

Притворяться. Даже хуже: убеждать людей, что у нас может быть будущее. Прекрасно. Как раз этого мне и не хватало. Такое чувство, будто я сама лезу в тоннель, который становится все темнее и темнее.

— А последнее обязательно?

— Абсолютно, – говорит он, и, увидев мое сомнение, добавляет: – В его последнем посте, кстати, мы отлично вышли на фото…

— Хочешь сказать, ты вышел отлично, – парирую я.

— Что?

— Ничего. Продолжай.

— Так вот: эта фотография смыла с тебя образ «Гринча любви», – я остаюсь сидеть с открытым ртом от этого идиотского прозвища, – и теперь люди уже не против тебя. Тебе выгодно, чтобы нас видели вместе.

За последние два дня ненавистные взгляды сменились дружелюбными улыбками, и, если подумать, одногруппники действительно перестали пялиться на меня так, как в первые дни. Неужели им просто нужно дать то, что они хотят? А они хотят контент. Контент про нас с Брайсом. Вместе.

— И все же: почему ты мне помогаешь? Какая в этом выгода для тебя?

Он ничего не просил взамен, а придумать такой подробный план «из любви к искусству» – слишком подозрительно.

— Разве желания помочь недостаточно?

— Я хочу гиппопотама – и не еду за ним в Африку.

— Подожди, ты хочешь гиппопотама?

— Нет! Брайс, это просто пример.

— Мне нравится, как ты произносишь мое имя.

Я краснею и только теперь осознаю, насколько близко находятся наши лица. Да, родинка и правда в форме сердечка. Я почти чувствую искушение дотронуться до нее, но вовремя одергиваю себя и резко отстраняюсь. Брайс замечает мою оплошность и улыбается.

— Забей. Мне все равно, какие у тебя мотивы, – говорю я, прочистив горло.

Что-то подсказывает, что у него есть собственные причины участвовать во всем этом, просто он не хочет их озвучивать. Но мне и не нужно их знать, чтобы с ним сотрудничать.