Книга Похоже на ненависть, страница 45 – Саша Светлова

— Нет, всё правильно. Ника мне не рада, и я это заслужил, — вдруг говорит Дан. — Похоже, дочка вам не рассказывала, но в институте я очень плохо себя вёл по отношению к ней…

— Не может этого быть! — отмахивается мама. — Что такого могло случиться? Вы не могли стать друзьями, это было сразу понятно, ведь твои родители послали Нику, чтобы она тебе помогла. Конечно, тебя это возмутило. Любой другой взбунтовался бы на твоём месте. Ну поругались вы, что из этого? Всё в прошлом.

Пусик играет рядом с моим лежаком, перебирает палочки, которые мы собрали во время прогулки. Выбирает одну, тащит на край полотенца, бросает, возвращается за другой. Время от времени смотрит на меня, проверяя, наблюдаю ли я за его успехами. Наблюдаю. Еще как. Особенно внимательно слежу, чтобы он не начал грызть находки и глотать щепки. После прошлой поездки к ветеринару я не свожу глаз с моего маленького питомца.

Мама отдыхает на соседнем лежаке под солнечным зонтом. Устроилась с удобствами, подложила под голову свернутое полотенце, вытянула ноги. С моря дует приятный ветер, никуда не надо торопиться. Все условия для того, чтобы наконец перестать волноваться и насладиться отпуском.

— Ох, как же хорошо! — вздыхает мама.

Я зеваю, прикрывая рот ладонью.

— Да, хорошо, — подтверждаю.

Хотя на самом деле ничего не хорошо.

Просто отвратительно, если как следует во всем разобраться.

Потому что я продолжаю думать о Дане. С какой стати, спрашивается? У нас с ним нет общих дел. Он помог Пусику, я поблагодарила и оплатила лечение. Мама пригласила его на ужин, мы поели, поговорили, попрощались. Все. Никакого повода снова и снова вспоминать его лицо, голос, то, как он вчера стоял у калитки.

А я вспоминаю.

Сначала, когда проснулась. Потом пока умывалась. Затем умудрилась задуматься о нем за завтраком, держа ложку над чашкой.

Это неправильно и ни к чему хорошему привести не может. Вообще чувствуется как предательство самой себя. Семь лет назад он причинил мне столько боли, что я уехала в другой город, лишь бы прекратить наше общение. А теперь достаточно нескольких встреч, и вот я лежу, уставившись в одну точку, и думаю о том, какой он привлекательный и интересный, и как меня к нему тянет.

Ну не дура ли?

Переворачиваюсь на бок. Пусик тут же бросает палочки и подходит проверить, не достаю ли я что-нибудь вкусное. Разочарованный, возвращается к своим делам. Вот молодец. У Пусика короткая память. Расстроился — а через минуту уже сияет счастьем.

Мне бы так.

В голове никак не укладывается двойственность Дана. Его поведение в прошлом до сих пор вызывает возмущение. Стоит вспомнить некоторые его слова, и хочется вернуться в ту аудиторию и ответить получше. Зато выросший Данила Сергеевич кажется хорошим человеком. Помог, ничего не потребовал, терпеливо разговаривал с мамой, выслушал мой отказ от работы и не стал спорить.

Но не может быть двух людей в одном человеке.

Как там говорят про каких-то зверей? Леопарды, что ли, никогда не меняют свои пятна? Или полосы? Нет, полосы у тигра. Хотя тигры их тоже вряд ли меняют. Д

Ну вот, дожила. Дан настолько задурил мне голову, что я уже поговорку вспомнить не могу. Скоро забуду собственную фамилию, зато буду во всех подробностях помнить, как у него двигалась рука и как бугрились мышцы предплечья, когда он гладил Пусика.