Книга Расколотое сознание, страница 69 – Энн Княгинина

Останавливаю рассказ. Глотаю. Вздыхаю. Тяжко.

— Я сбежал на вечеринку, а когда пришёл, они сказали, что бабушка скончалась. Передали мне письмо, где она просит слушаться их. Я сразу понял, что дело неладно.

— Они обманули тебя… чтобы ты не сбегал?

Автобус бросает вперёд. Люди вскрикивают. Сара летит на переднее кресло, хватается за мою ногу. Сжимает с дикой силой. Я придерживаю её за плечо. Усаживаю обратно.

— Мудак, а не водитель.

— Майк так постоянно, когда я за рулём.

Сара не убирает руку с ноги. У неё странное желание трогать меня. Это нормально для девчонок?

— Ты правда хочешь избить Кайна?

Смотрю на экран телефона. Ещё десять остановок, и километр пешком.

— Хочу.

— И выиграть в гонке?

— Да.

— Тебе понравилось целоваться с Таей?

Быстро поворачиваю голову на Сару. Вот такого вопроса я не ожидал, удивила так удивила.

— К чему этот личный вопрос?

Закрывает глаза волосами. Прячется.

— Ты сухарь… Как она тебя размягчила?

Поглаживает мою ногу, ногтями проводя по джинсам. По коже пробегают специфически приятные ощущения. Трепет. Восприимчивым я стал.

— Понравилось.

Переносит руку с моей ноги на свою. Остаточные чувства задерживаются на коже, как обманный мираж.

— Хочешь ещё?

— Нет.

— Нет?

— Нет.

— Я поняла, но почему?

Прекращает прятаться за волосами. Опечаленно выглядит. Влажные глаза опущены. Что, она опять плакать собралась? Что с ней происходит. Нестабильная какая-то.

— Потому что мне не нужны поцелуи, лишь бы «размягчить сухарь».

Семь остановок осталось. Выйти бы из этой духоты.

— А как ты хочешь?

— С чувствами у обоих.

Кошусь на целующуюся пару. Он лапает её за грудь, она передвигается пальцами к его члену. Старички цыкают, обсуждая непристойное поведение подростков. Дети хихикают.

— Вот так не хочу.

Солнце теряется за домами. Автобус едет дальше. Солнце возвращается. Расходящиеся лучи над головой Сары, как золотой нимб. Она пылает в оранжевом, тёплом свете. Задерживаю дыхание, опуская глаза к её. Изюминка в ней есть. Сладкая. Внешность необычная, но что именно привлекает… нижняя губа, тоньше верхней, или небольшие глаза? Вогнутая спинка носа, или смуглая кожа?

Тянется ко мне. Она так уже делала, а я отпрянул. Что Сара хочет? Её глаза так рядом, два становятся одним.

— Я тоже хочу, как ты. С чувствами у обоих.

Спасли ли салфетки и раненые губы, или подставили? Сара хочет поцеловать меня? Она как Тая? Но зачем пытаться увидеть, что за скорлупой, если не любишь орехи.

— Пойдём к выходу.

Встаю. Иду к двери. Послеобраз перед глазами: вижу полупрозрачную Сару в отражение стеклянных дверей. Она смотрит на меня. Тянется. Хорошенькая. Её духи, с вишней, тонкого душистого аромата, пробиваются через опухоль носа. Она стоит за мной. Держится за поручень, задевая мой мизинец большим пальцем.

Я спускаюсь на асфальт. Остановки нет, один указатель, какие автобусы ходят в этом забытом богом месте. Впереди поля колоса, тропинка узкая. Ужасное место, как в фильмах ужасов. Стараюсь не смотреть этот жанр, но от всего не убежишь.

Люди идут в сторону пятиэтажных домов: серых, с потёртой краской, с отколупанными кирпичами, грязными окнами.

Карта на телефоне показывает дорогу через поле. Там мы и найдём пансионат. Хорошо, что ещё день и в темноте идти не придётся.