Книга Пленница дворцовых тайн, или как объявить шах фаворитам престола, страница 130 – Есения Серафим

Постепенно дыхание Марфы стало спокойнее. Оно всё ещё оставалось тяжёлым, болезнь никуда не исчезла, жар по-прежнему держался, но уже не был тем обжигающим огнём, который совсем недавно казалось пожирал ребёнка изнутри. Утомлённые веки медленно опустились, тонкие пальчики ещё раз едва заметно сжали ладонь Риты и наконец совсем обмякли, проваливаясь в глубокий, уже больше похожий на обычный сон.

Рита ещё долго не шевелилась. Она осторожно опустила голову и, не выпуская маленькой ладони из своих рук, бессильно уткнулась лбом в тёплые детские пальчики, впервые за весь этот бесконечный день позволив себе просто сидеть рядом, слушая, как Марфа дышит. Медленно. Тяжело. Но дышит.

Рита ещё несколько долгих минут сидела неподвижно, осторожно поглаживая маленькую ладонь Марфы и боясь спугнуть то хрупкое улучшение, которое наконец начало проступать сквозь жар и мучительный кашель. Девочка спала удивительно спокойно, лицо её заметно разгладилось, дыхание уже не рвало грудную клетку с прежней яростью, и впервые за весь этот бесконечный день Рита позволила себе поверить, что самое страшное, возможно, всё-таки осталось позади.

Именно поэтому новое ощущение опасности пришло не сразу.

Она вдруг нахмурилась, машинально крепче обхватила тонкое детское запястье и медленно подняла голову. Что-то было неправильно. Неуловимо, почти незаметно. Только спустя несколько мгновений она поняла, что именно заставило её насторожиться. Марфа стала дышать совсем иначе: не лучше, хуже.

Каждый вдох теперь был настолько слабым и поверхностным, что грудь девочки почти перестала подниматься, а между вдохами возникали длинные, пугающие промежутки. Рита мгновенно прижала два пальца к сонной артерии и почувствовала, как внутри всё холодеет.

Пульс, ещё недавно частый, неровный, но вполне различимый. Теперь под пальцами едва угадывались редкие, почти исчезающие удары.

Мир вокруг, еще секунду назад казавшийся стабильным, оглушительно рухнул обратно в бездну. Всё вокруг схлопнулось, сузившись до маленького бледного личика. Рита почувствовала, как её заколотило, как всё тело заходило ходуном. Она сама почти перестала дышать, задыхаясь от накатившей паники. Она с трудом заставила взять себя в руки и резко рванулась вперед. Пальцы судорожно прижались к тонкой шее девочки снова — сонная артерия отозвалась лишь редкими, затухающими толчками.

Она резко наклонилась над Марфой, осторожно запрокинула ей голову, пытаясь облегчить прохождение воздуха, растёрла холодеющие ладошки, снова приподняла ребёнка выше на подушках, надеясь, что так лёгким станет легче работать, но дыхание продолжало угасать прямо у неё на глазах.

В голове лихорадочно всплывали обрывки знаний, когда-то вычитанных в медицинских книгах и статьях. Искусственное дыхание. Непрямой массаж сердца. Она никогда не делала этого сама, никогда не держала в руках человека между жизнью и смертью. Никогда не проверяла, действительно ли написанное в учебниках способно вернуть кого-то обратно. Но другого выхода сейчас просто не существовало.

— Господи... пожалуйста...

Рита осторожно вдохнула воздух в маленькие лёгкие ребёнка, потом дрожащими руками попыталась сделать несколько очень слабых нажатий на грудную клетку, постоянно боясь причинить ещё больший вред. Всё это казалось чудовищно неправильным. Она не понимала, достаточно ли глубоко нажимает, слишком ли сильно, слишком ли быстро. Каждое движение сопровождалось отчаянным страхом ошибиться, но остановиться она уже не могла.