Книга Пленница дворцовых тайн, или как объявить шах фаворитам престола, страница 51 – Есения Серафим

Она решительно ускорила шаг, возвращаясь назад во фрейлинское крыло

Время перевалило за полдень. У дверей малых покоев великой княжны Натальи Алексеевны Риту встретила лишь заспанная горничная, которая пролепетала, что её высочество уже ушла на дальний променад в аллеи Летнего сада. Затею зайти к Марфе вместе с дкняжной пришлось отложить. Рита вернулась в свои покои, дёрнула на себя тяжёлую дверь и замерла на пороге.

На её шёлковой кушетке, развалившись с гвардейским бесстыдством, сидел Сербан. Его высокие, заляпанные уличной жижей кожаные ботфорты бесцеремонно покоились прямо на лакированном чайном столике из карельской берёзы.

— Да что за наглость? Отчего ты вечно вваливаешься в мою спальню без спроса и разрешения?! — Рита со злостью захлопнула дверь, проходя внутрь. — Сними свои сапоги с мебели, преображенец!

Сербан даже не шелохнулся. Он лишь нагло, ехидно ухмыльнулся, поправляя гвардейский галстук, и сочно откусил кусок от засахаренной груши, которую стащил из её вазочки. Рита разговаривала с ним вовсе не как чопорная княжна Мария Дмитриевна, а как современная Рита, уставшая от его вечных каверз.

— Полно лаяться, Машка, — нахально протянул брат, зыркая на её небесное платье. — Я к тебе по делу, а ты огрызаешься, точно полковая кухарка. Твоё шпионское задание я исполнил в лучшем виде. Изволь выслушать, какую кулуарную тайну я нынче выведал у нашей душеньки Марии Гавриловны когда ласкал её ножки...

— Уволь от подробностей чужого блуда, — Рита брезгливо поморщилась, проходя к зеркалу. — Ближе к делу, Сербан. Что там Головкина?

— Ты на меня не фыркай. Сама-то, небось, какая нагая миловалась с Иваном при мне в бане, помнишь?

— Тебя туда никто не звал, — сухо бросила Рита.

— Если бы не потащился я за вами, то вы там утехами до полудня занимались бы!

— Не отвлекайся, — оборвала его Рита, стараясь держать лицо, хотя воспоминание о жарких поцелуях Ивана заставило кожу гореть. — Что там Головкина?

— А то, что девка она с двойным дном! — Сербан спустил ноги на паркет, рассмеялся, но голос понизил. — Машка-то Головкина, оказывается, вовсе не дочь канцлера Гаврилы Ивановича. Её отец — Александр Гаврилович, старший сын старика. Семья их страстно чаяла пристроить девку в свиту великой княжны ради престижа, выгодного брака и защиты. Вот Александр и приполз к отцу-канцлеру на коленях, вымолил покровительство. Формально Машка внучка канцлера, но тот её не особо жалует. А когда месяц назад её при дворе представляли, дежурный камергер в такой суматохе был, что спьяну назвал её «дочерью канцлера». Никто не стал его сразу поправлять, слух мгновенно по галереям разнёсся. А Машка сообразила быстро, что ежели правду открыть, её мигом из свиты великой княжны выставят к младшим барышням. Вот она и молчит, статус свой ворованный блюдёт.

Рита от удивления слегка приоткрыла рот, переваривая эту информацию.

«Вот это разведка по-барочному! — восхитилась она. — Девка построила всю свою придворную карьеру на банальной ошибке пьяного кликухи, скрывая, что она просто внучка на птичьих правах! Шикарный компромат, теперь Головкина у меня в кулаке».

— Отличная работа, Сербан, — кивнула Рита, но тут же нахмурилась. — А про лекарское крыло и Блументроста она что-то знает? Откуда у неё слухи про мой понедельник?