Книга Пленница его интриг, или как переиграть фаворита на его же поле, страница 103 – Есения Серафим

Екатерина Алексеевна от такой немыслимой наглости буквально опешила. Царица замерла, уставившись на неё в упор, и на её холёном лице на секунду отразился искренний шок. Наконец, императрица тяжело выдохнула, и на её губах заиграла опасная ухмылка.

— Ты, Кантемир, либо поразительно умна, либо круглая дура, раз смеешь просить у меня содействия в шпионских кружках. Но быть по сему. Дабы твой Антиох не скучал, я сама отправлю к вам Мишеля Голицына. Лично прикажу его матушке прислать мальчишку на Миллионную.

— Премного благодарю вас, государыня, и уповаю на вашу великую милость, — сдержанно улыбнулась Рита. — Первая встреча нашего круга назначена на двадцать девятое декабря. Ждём молодого князя.

Екатерина лишь властно повела рукой, отпуская её прочь. Рита присела в реверансе, а потом покинула опочивальню. Гамбит завершился её полным триумфом. Она была в диком ознобе от своей наглости, которая руками самой императрицы только что в один ход втянула важного мальчика в свой круг.

Как дошла до своей анфилады она даже не вспомнила, так её поколачивало, а в голове стоял непрерывный гул. Но не успела Рита вздохнуть с облегчением в своих покоях, как приметила, что возле инкрустированного перламутром столика вовсю хозяйничал Сербан. Брат, совершенно не заботясь о придворных приличиях, с аппетитом жевал пышный калач, запивая его чаем из фарфоровой чашки.

— И где ты шляешься, сестрица? — нагло, с набитым ртом поинтересовался он, даже не подумав подняться при её появлении. — Я тут, почитай, битый час сундуки твои взглядом сверлю.

Рита, до сих пор не отошедшая от аудиенции перед лицом государыни, сил на сословные пикировки не имела. Она обессиленно плюхнулась в соседнее кресло прямо в бальном роброне и, потянувшись к блюду, тоже принялась молча жевать румяный калач. Какое-то время в комнате стояло лишь мерное шуршание одежд и стук чашек. Рита ела, чувствуя, как китовый ус жёсткого придворного корсета с каждым вдохом удушает её всё сильнее, буквально перекрывая кислород.

— Жди здесь, — выдохнула она, откладывая недоеденную корку. — Есть важное поручение. Денег дам, сколько просил.

Оставив Сербана у стола, Рита поспешно скрылась за ширмой спальни, где Акулина помогла ей наконец разоблачиться. Вздохнув полной грудью в свободном домашнем шлафроке, Рита вернулась в прихожую. Брат уже доедал каплуна, вытирая жирные пальцы о кружевной платок.

— Послезавтра тебе предстоит отправиться вместе с Иваном Долгоруковым и великим князем в Немецкую слободу, — ровно произнесла Рита. — Барон фон Рён празднует день рождения. Твоя первая задача прежняя, неотлучно караулить Петра Алексеевича, разбавлять вино и следить, чтобы этот гвардейский задира не увёл его в глухой запой.

Сербан недовольно скривился, картинно мученически закатив тёмные глаза.

— Опять кабацкий угар? Мария, помилуй, у меня от их немецкого пива до сих пор в висках стучит!

Вместо ответа Рита хладнокровно извлекла из ларя тугой, увесистый кошель и швырнула его прямо на перламутровую столешницу. Сербан мгновенно замолчал, его длинные пальцы хищно прижались к коже мешочка, взвешивая золото. Он удивлённо приподнял бровь.

— Оу... А не многовато ли за обычный присмотр за великим князем, сестрица? Здесь на три кутежа хватит.