Онлайн книга «Пленница его интриг, или как переиграть фаворита на его же поле»
|
Дальняя галерея встретила её пробиравшим до костей сквозняком, гулявшим между высокими каменными пилястрами. У окна освещённый блёклым лунным светом стоял Иван Долгоруков. Рита внутренне приготовилась к хлёстким обвинениям и залому рук, но гвардеец выглядел совершенно иначе. Исчезла былая хмельная развязность и кабацкая спесь. Парень был бледным, но поразительно собранным, подтянутым, словно перед выходом на парад. Стоило Рите сделать шаг из темноты, как лощёный фаворит судорожно вздохнул и, ломая все сословные барьеры, с глухим стуком рухнул перед ней на колено прямо на холодный паркет. Он припал к её ногам, упрямо вскинув на неё лихорадочно блестящие, полные безумной, отчаянной влюблённости глаза. — Мария Дмитриевна... клянусь Богом, я ваш до гроба, — прерывистым и надрывным шёпотом выдохнул Иван, и в его голосе проступила фанатичная, горячая покорность. — Выжгите меня, убейте, делайте что хотите, но не гоните! Я пред вами чист... Позвольте мне быть рядом! Умоляю! У Риты от этой дикой картины случился настоящий шок. Её брови удивлённо поползли вверх, а дыхание перехватило. Настоящий кавалерийский офицер, любимец наследника, перед которым трепетал весь двор, сейчас трясясь от волнения благоговейно поймал пальцами край её накидки. Иван с замиранием сердца прижался губами к тонкому подолу ночной камизы, виднеющейся в разрезе меха, и горячечно прошептал: — Разреши мне быть рядом с тобой. Позволь служить тебе... Я исполню любое твой слово, Мария Дмитриевна. Из-под земли достану всё, что велишь! Рита застыла, не зная, как реагировать на эту лихорадочную вспышку. В её голове вертелась суетная мысль: «Когда этот поганец успел воспылать ко мне любовью? Это что ещё за игры?» Она попыталась включить холодный расчёт. Давать слабину было нельзя, но и упускать такой инструмент влияния глупость. Она сделала глубокий вдох, медленно вытянула край камизы из его дрожащих пальцев и холодно произнесла: — Встаньте, князь Иван. Извольте вернуть лицу подобающий гвардейцу вид. Если ваша клятва истинна, докажите её делом, а не коленопреклонными речами в темноте. Через два дня великий князь должен быть на Коллегии, и вы лично проследите, чтобы ни одна капля вина не коснулась его губ. Идите. Иван судорожно сглотнул, закивал болванчиком и поднявшись медленно отступил в тень, не сводя с неё заворожённого взгляда. Рита торопливо возвращалась во фрейлинское крыло. Несмотря на подбитую мехом накидку, ночной сквозняк успел пробрать её до самых костей, ноги в тонких домашних туфлях совсем заледенели, а кожа под полотном камизы покрылась мурашками. Дойти до своей спальни она не успела. На крутом повороте тёмной анфилады перед ней вдруг бесшумно выросла высокая фигура. Рейнгольд Лёвенвольде стоял посреди перехода, словно ледяное изваяние. Камергер был безупречен и подчёркнуто холоден. Он заговорил с ней звенящим шёпотом. — И далеко вы изволите направляться в столь глухой час, Мария Дмитриевна? Да ещё и в таком... неподобающем виде? Всё внутри Риты судорожно сжалось, а сердцебиение мгновенно сорвалось в бешеный ритм. Предательская дрожь в коленях, вызванная холодом, в секунду сменилась раскалённой волной жара. — Не вашего ума дело, граф, — хлёстко бросила она, пытаясь поплотнее запахнуть края накидки. |