Книга Пленница его интриг, или как переиграть фаворита на его же поле, страница 201 – Есения Серафим

— Пускай только попробует при батюшке, — дерзко фыркнула Мария Меншикова, хотя её глаза тоже лихорадочно заблестели от любопытства. — Барон Остерман от такой страсти прямо на паркет со своим гроссбухом упадёт.

Девочки дружно захихикали над колкой шуткой, прикрываясь веерами.

— Но вообще... коли кавалер по-настоящему влюблён, он должен быть смелым. Подумаешь, поцелуй! В Версале, сказывают, фрейлины с кавалерами по ночным садам до самого рассвета гуляют, и платья у них на плечах совсем не шёлком скреплены. Если Карл завтра Лизу в галерею утащит, я первая соглядатаев от дверей отвлеку!

— И я! — звонко подхватила великая княжна Наталья Алексеевна, весело хихикая. — Пускай целует! Лиза у нас девица видная, ей давно пора познать, какова она — настоящая французская любовь, без этих нудных дворцовых укладов!

Рита слушала этот откровенный девичий трёп и внутренне поражалась. Из своего времени она привыкла думать, что первая половина восемнадцатого века — это эпоха пуританства, удушающего домостроя и вечного страха девиц перед грехом. На деле же барочные барышни рассуждали о ночных ласках, распущенных корсетах и объятиях в портьерных нишах с такой поразительной, смелой свободой, что её собственный разум пасовал перед этим немыслимым несоответствием. Ограничения этого века касались лишь брачных контрактов и сословной чести, но в мыслях и желаниях эти девочки были куда раскрепощённее многих её современниц из будущего.

Однако, заметив, как Головкина уже вовсю принимается фантазировать о том, что может произойти в покоях после бала, Рита решила, что пора их немного осадить. Она плавно опустила чашку на блюдце, заставляя девиц притихнуть под своим строгим взглядом.

— Извольте умерить свой отнюдь не фрейлинский задор, знатные дамы. Вы рассуждаете о французской страсти так, словно завтра на куртаге нас ждёт не чинный дипломатический приём, а весёлое гулянье в Немецкой слободе. Не забывайте: принц Карл — прежде всего политическая фигура. Стоит ему сделать хотя бы один неловкий шаг, хотя бы раз коснуться руки цесаревны без дозволения государыни — и Тайная канцелярия развернёт его карету обратно в Киль в ту же минуту. Держите свои мысли в узде, дамы. Настоящая галантность требует тишины и тайны, а не площадных поцелуев на глазах у народа.

Девочки мгновенно притихли, виновато переглянувшись. Елизавета Петровна густо покраснела, торопливо пряча голштинское письмо в складки своего тяжёлого платья, а Наталья Алексеевна чинно выпрямила спину, возвращая себе строгий вид. Маргарита мягко улыбнулась, переводя разговор на цвета попон для понедельничных катаний, но внутри неё упрямо крепла тревога: завтрашний куртаг обещал стать слишком опасным полем, где её шпионские письма должны были выдержать главный экзамен на прочность.

***

Зала Зимнего дворца гремела оркестром, ослепляя блеском тысяч восковых свечей и тяжёлой позолотой огромных рам. Рита вошла под руку с Сербаном, стараясь держать спину прямо. Сегодня на ней было роскошное бордовое платье с открытой шеей, на которой ярко сверкала фамильная бриллиантовая парюра, ловящая каждый блик люстр. Тяжёлый шёлк юбок слегка покачивался при каждом шаге, а тёплый, душный воздух, пропитанный французской пудрой и дорогими винами, сразу окутал её с головой.