Книга Безымянный. За гранью прошлого, страница 15 – Елена Архипова

Голос его стал жёстче, глуше.

— Трое погибли сразу. Ещё двое потом, в госпитале. Я выжил. С этим, — он коснулся своего мёртвого глаза. — Осколок засел. Повезло, как мне сказали. Его вытащили, но глаз затянуло бельмом. — Мне жаль, что так произошло...

— Не надо жалеть, — резко оборвал он. — Я сам виноват. Проглядел. Не проверил. Подставил своих парней.

— Это же не вы их убили...

— Я. Они доверились мне, а я не увидел. Ответственность на мне.

Он замолчал, и Анна почувствовала, как напряглось его тело.

— После госпиталя комиссован. Инвалид второй группы. Парням медали посмертно, а мне пенсия. Хорошо, что живой остался.

Анна гладила его по плечу, не зная, что сказать.

— Уехал сюда, — продолжил он. — Подальше от людей. От города. От... всего. Здесь тихо. Никого не подставлю. Никого не убью.

— Но вы же помогаете МЧС, людей спасаете...

Его единственный глаз смотрел в упор — пронзительно, больно.

— Я убийца, Анна. Им бы жить, детей растить, любить, но они мертвы, а я жив. Всё ещё хочешь рядом лежать?

И Анна ответила, глядя в его глаза:

— Хочу.

Что-то мелькнуло в его взгляде. Удивление? Благодарность? Недоверие? Шок? Или что-то ещё?

Он поднял руку, осторожно коснулся её щеки.

— Странная ты.

Его пальцы скользнули по её губам. Анна замерла.

— Макар...

— Скажи "нет", и я уберу руку.

Она не сказала.

Он притянул её ближе и поцеловал — жёстко, требовательно, почти грубо. Анна ахнула, но не отстранилась. Ответила на поцелуй так же жадно, так же отчаянно.

Это было безумие. Глупость. Она знала его один день. Один чёртов день.

Но прямо сейчас ей было наплевать.

Его руки, горячие и требовательные, скользнули под её футболку. Она выгнулась ему навстречу, вцепилась пальцами в его волосы.

— Ты точно этого хочешь? — хрипло спросил он, отрываясь от её губ.

— Да, — выдохнула она. — Чёрт возьми, да.

Одежда полетела на пол — его штаны, её футболка. Его футболка, её штаны вместе с трусиками.

Он прижал её к топчану, навалился сверху — тяжёлый, горячий, живой.

Целовал жадно, грубо — губы, шею, ключицы.

Руки его скользили по её телу — требовательно, властно, не спрашивая разрешения.

Анна задыхалась. Это было не похоже ни на что из того, что она испытывала раньше. С Игорем всё было правильно, аккуратно, по графику. Это же… это был пожар. Буря. Ураган.

— Макар, — простонала, когда его рот добрался до её груди.

Он не ответил. Лизнул сосок, прихватил зубами, и она выгнулась, застонав громче.

Его рука скользнула ниже, между её ног. Пальцы нашли то, что искали, и Анна задышала чаще.

— Нравится? — хрипло выдохнул.

— Да... боже... да...

Он работал пальцами умело, безжалостно, почти доведя её до грани. А потом вдруг убрал руку, заставляя ее взвыть от разочарования.

— Макар, пожалуйста...

— Что "пожалуйста"?

— Не останавливайся...

— Скажи нормально. Чего хочешь.

Анна зажмурилась. Кровь стучала в висках, всё тело горело.

— Я хочу... тебя... внутри...

Он усмехнулся — коротко, хищно.

— Вот так лучше.

Он раздвинул её ноги, устроился между ними, и Анна почувствовала, как он прижался к её входу — горячий, твердый, большой. Слишком большой, кажется...

— Расслабься, — прохрипел. — Иначе может быть больно.

И вошел одним движением, до упора.

Анна коротко вскрикнула. Было слишком непривычно, слишком много, слишком глубоко. Она вцепилась ногтями ему в плечи, пытаясь привыкнуть к этому вторжению.