Книга Безымянный. За гранью прошлого, страница 18 – Елена Архипова

Она захлопнула дверцу и пошла к дому, не оборачиваясь. Слышала, как за спиной завёлся мотор, УАЗ развернулся и уехал.

Анна проследила за тем, как он уезжает и только после того, как машина скрылась за деревьями, наконец позволила себе расплакаться.

Но поплакать вволю не получилось, потому что сразу же приковыляла Степановна и запричитала:

— Анечка! Господи, живая! Мы тут все с ума сошли, искали, волновались! Побежали в МЧС звонить. Где жы ты была-то?!

— Заблудилась, — ответила коротко, вытирая слёзы. — Меня нашли, переночевала у... у спасателя. Он меня привёз.

— У Безымянного, что ли? — ахнула старуха. — У того отшельника? Ой, девонька, да он же...

— Что он? — резко спросила, развернувшись к соседке всем телом.

— Да ничего, ничего, — Степановна резко сбавила тон. — Просто странный он. Не общается ни с кем, живёт один в лесу. Говорят, с войны вернулся битый. Ну, голова у него не того... — она покрутила пальцем у виска. — Сама же видела, что в голову он раненый был.

— Он нормальный, — отрезала Анна. — В глуши меня как-то нашел, жизнь спас. Да если б не он, я бы не пережила эту ночь в лесу. Там деревья поваленные и ливень с грозой был.

— Ох, ты, господи! — пожилая женщина закрыла рот ладошкой и закивала. — Ну да, ну да…

— Степановна, пойду я, устала. Да и помыться хочу.

Анна резко развернулась, зашла в дом, захлопнула дверь, закрыв на щеколду от непрошенных гостей, и рухнула на кровать.

Плакала долго — о себе, о Макаре, о своей дурацкой жизни, где всё идёт наперекосяк. Хотела сбежать от одного мужчины — наткнулась на другого. Недоступного и закрытого.

“Забудь. Просто забудь, что это было” — его слова жгли мысли, выжигали душу.

Как забыть это? Как забыть его руки, его губы, его взгляд, единственный живой глаз, в котором она видела всё то же, что чувствовала сама — боль, одиночество, жажду близости?

Телефон внезапно ожил, пиликнув один раз, напоминая о себе разряженным аккумулятором.

Анна встала, поставила гаджет на зарядку, помедлив, включила и тут сообщения посыпались все и валом — от бывшего мужа, от подруг, от мамы.

Анна посмотрела на всё это и, не читая, выключила обратно.

Ей никто не нужен.

Ничего не нужно.

Все они остались словно в другой жизни.

Тело зачесалось, напоминая о том, что одежда хоть и сухая, но грязная.

Открыла шкаф, взяла первое попавшееся и потащилась в душ.

А уже там, стоя под струями горячей воды, пока она не закончилась в бойлере, вновь разрыдалась.

Уже под прохладной водой с остервенением терла себя мочалкой, смывая с себя грязь и пот, а заодно и запах Макара.

Три дня она провела в прострации. Убиралась в доме, стирала одежду, перебирала какие-то вещи в шкафу, готовила еду, которую потом сама же и не ела, ходила в магазин и обратно.

Степановна пару раз пыталась завести разговор с расспросами, но Анна мягко отнекивалась и уходила к себе.

— Извините, — говорила она. — Мне нужно побыть одной.

Степановна кивала и замолкала, а в спину Анне сокрушенно качала головой и тихонько вздыхала:

— Ох, девонька…

Анна слышала, но не реагировала.

А на четвертый день пришла ясность и четкое понимание: она влюбилась. В этого угрюмого, изломанного, грубого мужика. За неполных два дня. За одну ночь.

Глупо. Нелепо. Абсурдно! Но это было так.