Онлайн книга «Приключения русской контрабандистки. Три истории с элементами абсурдного юмора и эротики»
|
–Я не сниму туфли. Ещё, я никуда не пойду без запасного топика, юбочки, парика и моей любимой сумочки со стразами. Скрипя зубами, я смотрела, как Нэнси собирала своё барахло, проклиная её сорочью страсть ко всему блестящему. –Так, осталось положить пудру, набор для маникюра, мезороллер, лампу для сушки ногтей, пемзу, ремувер для кутикул, маску с кисточкой, щипцы для ресниц, дезодорант для ног, пинцет, станок для педик… –Нэнси, на том свете тебе всё это не понадобится! – в нетерпении оборвала я её и достала синюю бороду. – Надевай! Я предусмотрительно закрыла уши руками. Через секунду Нэнси завыла перед зеркалом как пожарная сигнализация: –Что это такое? –Нэнси, сейчас не время для депиляции. Я подошла к кровати с привязанным Антонио, который лежал как сдувшийся дирижабль, выдернула из-под него простыню и принялась рвать её на длинные полосы. Нэнси рыдала в лучших традициях латиноамериканских мыльных опер. –Какие окна выходят на боковую улицу? – спросила я её, связывая обрывки ткани в верёвку. Нэнси всхлипнула, бородой вытерла подтёки туши и махнула рукой туда, откуда слышалось хлюпанье. –Длины не хватит, – заметила я, оценив своё творение. – Доставай колготки! Сирена завыла с удвоенной силой. –Синие ажурные и красные в горошек не отдам! Лучше я упаду и сломаю ноги! –В следующий раз я привезу тебе настоящие чулки от «Пупуччи». Там такие рюшечки… –Правда? – Нэнси засветилась ярче, чем лысина бедного Антонио. –Готово. Уходим! Мы процокали мимо медсестры, которая уже полчаса боролась за жизнь умирающего больного с помощью орального массажа, и открыли окно. –Бросай свой баул! – сказала я Нэнси и привязала верёвку к ножке больничной койки, сдвинув в сторону лубриканты, помпы, лассо и прочее медицинское оборудование. –Санта Гертруда! Там же зеркальце! –Бросай!!! Нэнси закрыла глаза, пискнула и разжала пальцы. –Теперь держись за верёвку и аккуратно спускайся вниз. –Клянусь моим племянником, с завтрашнего дня я сажусь на капустную диету. Меня не выдержит ни один канат на свете! Прежде чем исчезнуть в окне вслед за Нэнси, я поправила парик цвета спелой вишни и дала указания оторопевшей медсестре: –Там в соседней палате ещё один пациент в критическом состоянии. Реанимировать, одеть во что-нибудь из гардероба Нэнси и отправить домой к жене. Деньги на тумбочке. На бульваре Ла Рамбла уже вовсю кипела ночная жизнь. Группы молочно-белых туристов с чешуйками кожи на обгоревших плечах роились вокруг высоких столиков-бочек, пили пиво из литровых кружек и оживлённо разговаривали на своих северных языках. Синебородая Нэнси жеманно флиртовала со всеми подряд, я же трусила позади и напряжённо осматривалась. Мы обе были на голову выше окружающих и резко выделялись из толпы своим несуразным видом. –Окорочками работай, – покосилась на меня моя спутница. – Бюст вперёд. Улыбайся. Я выпрямилась, натянула вымученную улыбку и зашагала так, будто у меня был неправильно сросшийся перелом бедра. Прозрачные платформы скользили по тротуару, грозя мне завершением прогулки в ближайшем травмпункте. Когда мы подошли к стоянке такси, обогнув лужицу чей-то свежей рвоты, я вцепилась Нэнси в плечо. Неподалёку стояли двое дюжих парней бойцовского вида с мощными челюстями барракуды. Они держали руки в карманах чёрных джинсов и сканировали прохожих своими тяжёлыми взглядами. Я театрально вскинула руку и простонала с заметным латинским акцентом: |