Книга Весна, которой нам не хватит, страница 140 – Ефимия Летова

— Почему вы не идёте домой? – зря я к ней прицепилась, но наша всегда такая безукоризненная директриса, будучи всклокоченной, с тёмными следами туши под глазами и размазанной около рта помадой, невольно вызывала жалость. Кротовы взрослые! Вместо того, чтобы заручиться их советом, их же приходится и утешать.

— Там никого нет, – глухо ответила малье Лестор.

— Здесь тоже.

— Здесь не так. Одиночество дома и одиночество на работе – это совершенно разные одиночества! Ты ещё молода и ничего не понимаешь. И, даст Огненная лилия, не поймёшь. Здесь и не должно никого находиться в это время. А дома… должна быть семья. Если её нет, пустота болит, как ампутированная рука. Фантомная боль.

— Разве пустота может болеть?

— Ещё как.

Я подумала, что именно это и чувствовала сейчас, в отсутствие Эймери, и села в кресло напротив.

— У вас же есть муж?

— Муж… Что муж. Берт Лестор старше меня почти на пятнадцать лет. Он дал мне многое, вытянул из пропасти отчаяния после предыдущего брака. Дал это место – у него большие связи в Сенате. Но я у него шестая жена, - она горько рассмеялась. – Надолго его страсти не хватило. Он сразу предупреждал… Так что официально мы ещё не разведены, у нас прекрасные… дружеские отношения, но дома он меня не ждёт. Никто не ждёт. Сегодня день рождения моего сына. Мог бы быть.

— Но у вас есть ещё родственники, – тихо сказала я. – Родители… братья или сёстры.

— Им на меня наплевать.

— Сделайте первый шаг!

— Уже делала. Правда, бывший муж недавно приходил, просил денег, – она пьяно захихикала.

— Вы же ещё не старая. Почему вы зачеркиваете своё будущее?

— Нельзя строить дом на яме. Ладно, забудь. Ты-то что хотела?

— Отпроситься на завтра, – почему-то я не рискнула спрашивать об Эймери.

— Хоть до экзаменов гуляй, – вяло кивнула директриса. – Невеста…

* * *

— Вы к кому? – строго спросил меня молоденький охранник на входе в Сенатский цилиндр. – Представьтесь, пожалуйста.

Потом он долго шуршал какими-то бумагами и листами и, наконец, поднял на меня слегка виноватый взгляд.

— Малье, ваше имя есть в списках, вот только мальёка Карэйна нет на месте.

— А когда он вернётся?

— Не могу знать, малье. Его нет уже как минимум две недели.

— Так узнайте! – в отчаянии воскликнула я, а потом добавила, чувствуя, как в уголках глаз скапливаются слёзы от усталости, недосыпа и разочарования. – Пожалуйста. Это очень важно…

Охранник заколебался, наверное, ему хотелось выглядеть перед молоденькой девчонкой этаким всемогущим спасителем-помогателем, но отлучаться с рабочего места и приставать с вопросами к занятым работникам Сената тоже не хотелось.

— Малье Флорис? – я медленно повернулась, успев мысленно отметить только то, что говорящий был мне знаком. Ещё не хватало нарваться на сенатора Крайтона, а потом опять отчитываться перед Армалем, что я тут делала и почему без него! Впрочем, этот хриплый каркающий голос принадлежать дяде Армаля никак не мог.

— Какая приятная встреча!

В паре метров от меня, в сопровождении пары, как всегда, невыразительных и хмурых охранников стоял Мирук Трошич. В пыльном поношенном плаще, сам по себе поношенный и пыльный, но безмятежно, даже невинно улыбающийся.

— Какие-то проблемы? Чем-то могу помочь?

Я едва удержалась от того, чтобы броситься ему на шею.