Книга Сердце дракона. Путешествие, страница 102 – Амабиле Джусти

— То, что волосы так быстро растут, не редкость, но… они никогда не меняли цвет, — прошептала она.

Аргон несколько секунд пристально смотрел на неё. Было нелегко, совсем нелегко, не поддаться желанию начать всё сначала. Даже с учётом этих преображений. Алые губы. Волосы цвета чёрного золота. Распустившиеся цветы.

Тело Геи хотело этого. Тело Геи готово. Другого способа истолковать эти впечатляющие знаки не было.

Но ему не следовало этого делать.

— Пожалуйста, иди в свою комнату, — сказал Аргон, и тон его голоса прозвучал лишь слегка повелительно. Он звучал изнурённым.

— Почему?

Аргон потёр пальцами лоб и продолжил усталым голосом:

— Ты должна быть девственницей. Для пророчества. Твоего слова будет недостаточно. Тебя проверит акушерка.

Гея безмолвно расширила глаза.

— О… Тогда… тогда… мы можем… мы можем обойтись без…

— Нет. Пророчество — это только часть проблемы.

— Что… какая проблема?

Аргон скрестил руки на груди, словно хотел жесткой позой обозначить некую символическую границу между ними. Некоторое время он молчал, подбирая нужные слова, мудрые аргументы, весомый довод. В его сознании шла война. Обломки мыслей. Логика пошла к чёрту. Опыт превратился в руины. Потребность в Гее ощущалась сильнее, чем потребность в любой другой женщине, которую он желал за тридцать пять лет жизни. Он был встревожен, неприятно встревожен, как будто сексуальная неудовлетворённость была лишь малой частью более серьёзной проблемы. Словно за возбуждением, которое едва не заставило его совершить непростительную ошибку, скрывалось гораздо больше, чем просто аппетит мужчины, который не трахался несколько дней и застал в постели женщину.

«Этого не может быть.

Совсем не так.

Всё нормально.

Ты просто наркоман, переживающий ломку, вот и всё.

Ты не трахался несколько недель, и для тебя это негативный и крайне неприятный рекорд».

Именно потому, что Аргон чувствовал себя таким растерянным и был взбешён из-за этой растерянности, когда он наконец решился заговорить, его голос прозвучал более решительно, чем раньше.

— То, что твоё тело, похоже, этого хотело, ничего не значит, потому как твой разум не способен сделать осознанный выбор. У тебя все симптомы синдрома заключённого, и ещё ты немного пьяна. А я… Проклятье, я вдвое старше тебя, встречаюсь только со шлюхами, никогда не трахался с девушками и сейчас начинать не собираюсь.

Взгляд Геи стал настолько растерянным, настолько потерянным и хрупким, что Аргону пришлось задействовать весь свой опыт, всю свою практику, привычку, чтобы не проявить никаких эмоций. Гея ничего не сказала, но выглядело, словно её молодость внезапно ударила ей в спину, заставив осознать ошибку, которую только что рисковала совершить. Её волосы постепенно возвращались к своему естественному цвету, и губы больше не были красными. Лишь цветы остались разбросаны по кровати, словно сладкие послания. Сообщения, которые он не должен, не должен, абсолютно не должен слушать.

— Не вини себя в том, что спровоцировала меня. Я взрослый мужчина, именно я должен был реагировать по-другому. Ты очень красивая, Гея, и я неделями не прикасался к женщине, я создан из плоти и поддался искушению. Однако покончим с этим здесь. Давай сделаем вид, что ничего не произошло.

Пока говорил, Аргон понял, насколько гротескно его предложение.