Книга Сердце дракона. Путешествие, страница 105 – Амабиле Джусти

«Особенно после всего остального».

Затуманенные алкоголем мысли возвращались понемногу, более трезвыми, но от этого не менее суровыми. Напротив, они стали ещё более оскорбительными. Оскорбительные эпитеты, которыми Аргон обрушился на себя за то, что посмел распустить руки, нельзя было пересчитать на пальцах обеих рук.

Жаль, что количество запутанных чувств также было неисчислимо. Он немного злился на Гею за то, что она спровоцировала это, продолжал желать её, как может желать женщину мужчина, привыкший к бурным удовольствиям, и кто почти двадцать дней вынужден довольствоваться какой-то одинокой игрой. Ему было необходимо вновь увидеть Гею. Не чтобы окончательно прояснить ситуацию относительно того, что произошло прошлой ночью (Аргон верил, что всё уже достаточно ясно). Он собирался сказать ей, что нужно сделать, чтобы венаторы и Принц отбросили мысль, что она его сообщница, даже если и привёз её в свой замок.

Пока одевался, он смирился с нервозностью. Аргон ненавидел себя ещё больше за это нелепое нетерпение. Он надел и доспехи, будто они помогали ему чувствовать себя более защищённым, даже если настоящий враг прятался у него внутри.

Враг, который имел неопределённые очертания его собственной души и столь же неопределённую сущность, словно страннейшая тоска. Чем больше воспоминаний возвращалось, тем больше под броню пробирался набор неприятных ощущений. Гораздо глубже кожи, изрезанной десятками огрубевших шрамов. Аргон вздрогнул, ощутив боль в определённом месте. Очень близко к сердцу.

«Окей, сейчас буду вести себя так, будто вчерашнего вечера не было, объясняю ей, что делать, и завтра мы расстанемся. И закончим это грёбаное путешествие.

Двадцать дней вымотали меня больше, чем двадцать семь лет».

Именно когда Аргон одевался, кто-то постучал в дверь с несколько преувеличенным усердием. Он открыл и обнаружил перед собой очень взволнованную Уинфлед.

— Леди… леди… — шептала горничная.

— Что? — отрезал Аргон.

— Сегодня утром, очень рано, я зашла к ней в комнату и оставила на стуле платье, которое нашла в одном из сундуков. Мне даже не пришлось ничего чинить; я постирала, оставила на открытом воздухе, и за час платье высохло, и…

— Переходи к сути!

— Она в это время ещё спала. Позже я вернулась, но Миледи не было в комнате. Горничная, которая принесла ей кувшин с горячей водой и помогла одеться, сказала, что Миледи интересовалась, где находится колодец.

— Колодец?

— Похоже, она пошла туда, господин. И больше не вернулась. Мы не могли пойти её искать, потому что…

— Потому что этот чёртов колодец находится слишком близко к драконам, — пробурчал Аргон. — А эта дура пошла прямо туда, прямо к ним.

Он выбежал из дворца, как сумасшедший. Магнус вёл себя спокойно с Геей на протяжении всего путешествия, но девчонка никогда не оставалась с ним наедине, без Аргона, и, главное, никогда не оказывалась лицом к лицу с более чем сотней драконов. Даже если у них и не было явного намерения причинить ей вред, они могли убить её одним неосторожным движением.

Аргон сбежал по лестнице, перепрыгивая через ступени, и через несколько секунд оказался перед дверью. Он пересёк подъёмный мост, перебрался через ров, направился к поляне и… И там он застыл, словно человек, осмелившийся взглянуть на мифологическое существо, способное одним взглядом превратить любого в статую.