Книга Сердце дракона. Путешествие, страница 103 – Амабиле Джусти

Как могла девушка, к которой никто никогда не прикасался и чьим самым интимным переживанием был поцелуй в лоб, забыть то, что произошло? Будь она немного более разумной, то поняла бы, что рисковала отдаться мудаку, который сделал бы её первый раз ужасным. И это было бы реально ужасно, потому что Аргон не создан для тихого, респектабельного, романтического секса. Вместо того чтобы целовать, он чуть не укусил её до крови! Что бы произошло, продолжи он? Было бы своего рода изнасилование. Хотя ей казалось, что она этого хочет.

Цветы разбросаны по кровати.

Ярко-красные губы.

Волосы цвета ежевики.

«Откуда ей знать о своих желаниях, если ещё двадцать дней назад она жила взаперти на чердаке приюта?»

— Кроме того, ты помолвлена с Хью, не так ли? — сразу добавил Аргон. — И именно к нему ты, возможно, пожелаешь вернуться после того, как мы осуществим наш план. Ты не должна пачкаться таким, как я. Я сделан из грязи.

Мысль, что произойдёт именно это и, в конце концов, если план сработает, то её заполучит Хью, в первый раз и навсегда, спровоцировала у Аргона нелепую ярость. К счастью, эта злость не вышла наружу и осталась скрытой внутри. Очередная неочевидная вещь, вроде жар от огня драконов и как то мрачное предчувствие, что эта девушка может превратить его жизнь в ад.

Гея, до этого сидевшая на кровати, встала и поправила халат. Некоторые лепестки прилипли к ткани халата — слёзы белого, жёлтого, красного и фиолетового цвета на синем бархате.

Она приблизилась к двери (пока шла, споткнулась о слишком длинный подол халата, пошатнулась, но не упала). Аргон стоял неподвижно, как статуя, хотя его первым инстинктом было подхватить её на лету. И прикоснуться ещё раз.

Прежде чем открыть дверь и, наконец, выйти из комнаты, Гея повернулась к нему.

— Ты не из грязи, я бы не позволила тебе прикоснуться ко мне, если бы думала такое, — прошептала она. — Но во всём остальном ты, возможно, прав.

И она ушла, молчаливая, немного потерянная, но по-своему гордая. Спина прямая, никаких слёз, хотя явно расстроенная.

Оставшись один, Аргон сел на кровать. Он схватил лепесток примулы, хотел сжать его в кулаке, но затем ослабил хватку и позволил ему соскользнуть на пол. Если Аргон когда-либо в жизни кого-то ненавидел до глубины души, то никого он не ненавидел так сильно, как себя самого в этот самый момент.

Он облажался, вёл себя как безумец.

Но хуже всего было то, что он продолжал чувствовать себя безумным.

Воспоминания о Гее в своих объятиях не переставали казаться неправильными и... идеальными.

Аргон встал и заметался по комнате, как дракон в клетке. Не существовало клетки, достаточно большой, чтобы вместить дракона, но он чувствовал себя именно так. Мятежное тело и душа теснятся в узком пространстве. Тело и душа, которые хотели быть свободными.

«Свободные от чего?»

Ему необходимо успокоиться, иначе Магнус почувствует его беспокойство и не сможет отдохнуть. Сейчас Старший Дракон наконец-то мирно спал за рвом. Он не заслуживал знать, что его Патронус теряет рассудок.

Возможно, впервые с тех пор, как вступил во владение замком, Аргон потянул за прикроватный шнур, который вёл к колокольчику в покоях прислуги. Прибывшему на вызов Джонану приказал принести одну из бутылок ячменного самогона, которые они хранили в подвале.