Книга Демон моих снов, страница 30 – Kris Bler

Она сжала его пальцы.

— У меня были причины остаться.

Он не ответил. Но его рука сжалась вокруг её — крепче, чем раньше.

Они двинулись дальше.

--

Внезапно он остановился.

Тело напряглось мгновенно — так напрягается зверь, почуявший чужака на своей территории. Крылья чуть разошлись в стороны, заслоняя её. Пальцы сжались вокруг её руки — резко, инстинктивно. Он смотрел вперёд, и взгляд его был острым, как лезвие.

— Тихо, — произнёс он, и голос стал ниже. Она не слышала его таким со времён подвала. В этом голосе не было страха — только холодный, собранный в кулак расчёт.

Морана замерла. Сердце забилось быстрее — гулко, тяжело, отдавая в виски.

— Что там?

— Не знаю. — Он чуть склонил голову, прислушиваясь. Перья на крыльях дрогнули. — Но мы не одни.

Она посмотрела вперёд, туда, где снег начинал двигаться. Что-то поднималось из него — белое, почти невидимое на белом, но она чувствовала присутствие. Не телом — нутром. Так чувствуют чужой взгляд, даже когда не видят глаз.

Из снега проступила фигура.

Сначала — только очертания, зыбкие. Но с каждым мгновением они обретали плоть. Существо было высоким — выше Элиана, выше любого человека, — но не подавляло ростом, а вызывало трепет. Тело, сотканное из инея и замёрзшего света, казалось одновременно прозрачным и плотным: сквозь него просвечивали скалы, но оно было несомненно настоящим.

По коже бежали морозные узоры — они двигались, перетекали, сплетаясь в древние письмена, которых Морана не могла прочесть, но смысл их ощущался кожей. Одеянием существу служил туман — он струился вокруг, свисал с плеч ледяными нитями и таял, не долетая до земли. Черты лица — тонкие, вытянутые, лишённые возраста и пола, — напоминали лики, высеченные на стенах забытых храмов.

Глаза — полностью белые, без зрачков, — не были слепыми. В них стояла такая глубина, что Моране на мгновение показалось: она заглянула в колодец, у которого нет дна. Только свет. Только тишина. Только время, застывшее в ожидании.

От существа не исходило ни тепла, ни холода — лишь странное, почти осязаемое присутствие, от которого затих ветер и перестал хрустеть снег под ногами. Мир замер, уступая место тому, кто был здесь задолго до него.

Они вышли из ущелья, и перед ними открылась заснеженная долина. Вдалеке, на вершине горы, светился тёплый, живой свет. Морана чувствовала, как он тянет её вперёд.

Но шаги становились всё тяжелее.

Холод проникал под кожу, ноги немели, каждый шаг давался с трудом. Она не жаловалась. Не хотела, чтобы он волновался. Но тело уже не слушалось — оно двигалось по инерции.

Элиан шёл рядом, и она знала: он чувствует её усталость. Он не говорил ни слова, но взгляд его делался всё более пристальным. Она узнавала этот взгляд — тот самый, хищный, оценивающий. Только теперь он оценивал не угрозу. Он оценивал её силы.

— Сколько нам ещё идти? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Два дня. Может, три. — Он помедлил. — Но по пути будут укрытия. Я ставил их через каждые несколько часов пути. Ты сможешь восстановить силы.

Она выдохнула — чуть легче, чем раньше.

Она сделала шаг. Ещё один. Снег хрустел под ногами, воздух становился всё холоднее. Дыхание — прерывистым. Сердце — слишком частым.

А потом она споткнулась.

Нога скользнула по скрытому под снегом льду, тело потеряло равновесие, и снег начал приближаться к лицу. Она уже приготовилась к удару.