Книга Портал к тебе, страница 48 – Александра Никишаева

И вдруг я поняла.

Я доверяла ему не потому, что он заслуживал доверия. Я доверяла ему потому, что отчаянно, до боли хотела, чтобы хоть один человек в этом мире наконец увидел во мне что-то ценное.

И он увидел.

Просто ценной для него была не я. А то, что я была способна создать.

Я медленно сползла по стене, чувствуя, как ноги становятся ватными. Мои пальцы вцепились в дорогие, тяжёлые обои, сдирая их, но я не почувствовала боли.

За дверью продолжали разговаривать. Продолжали смеяться. Продолжали строить планы на будущее, в котором мне не было места. Для них этот вечер был началом новой, прекрасной жизни.

Для меня он стал концом старой.

Я сидела на холодном полу и смотрела на свои руки. На пальцы, которые чертили тысячи сложнейших формул. На ладони, покрытые мелкими, почти незаметными порезами от металла и эфирных разрядов. На руки женщины, которая десять лет создавала невозможное.

И впервые за очень долгое время я не почувствовала себя слабой.

Я почувствовала злость. Она была крошечной, почти незаметной, как первая искра в тёмном лесу. Но она была настоящей.

Я поднялась. Медленно. Опираясь на стену, словно впервые училась ходить. Вытерла лицо, стирая остатки прежней Элис.

И впервые за десять лет я услышала собственный голос. Он больше не просил. Не оправдывался. Не ждал разрешения или одобрения.

Он произнёс всего несколько слов:

— Моё имя — Элис Райтана Барнс.

Я повторила их ещё раз. Словно пробуя на вкус собственную личность, которую у меня пытались стереть.

А потом я посмотрела на закрытую дверь кабинета. На этот тонкий слой дерева, за которым скрывались люди, считавшие меня своей собственностью.

И я поняла одну простую вещь: если Дэмиан Скотт построил свою империю на моём имени, на моих бессонных ночах и моей преданности...

Я заберу у него всё, что принадлежит мне.

Каждый чертёж. Каждый патент. Каждую крупицу славы. И саму возможность дышать спокойно, зная, что он в безопасности.

Я больше не была его «доверчивой Элис».

Я была архитектором его успеха. А значит, я знала точно, где находится несущая стена, один удар по которой обрушит всё это здание прямо ему на голову.

Я не спала. Снова.

Сон стал для меня чем-то из области мифов, какой-то недосягаемой роскошью, доступной лишь тем, чьи души ещё не истлели.

Я сидела на холодном полу своей лаборатории, окружённая старыми чертежами. Это были мои самые первые работы — те самые, с которых всё началось десять лет назад. Я медленно перелистывала страницы, едва касаясь пальцами пожелтевшей, ломкой бумаги. Здесь, на полях, остались мои записи: наивные, торопливые, пропитанные какой-то почти детской страстью. Забавные помарки. Лихорадочные восклицательные знаки. Формулы, которые я переписывала раз за разом, пока наконец не вырывала у реальности нужный результат.

Мой первый портал. Мои первые, глупые ошибки. Мой первый настоящий прорыв.

Я смотрела на эти страницы и почти не узнавала девушку, которая их писала. Она верила людям. Она искренне полагала, что если создать нечто действительно великое, то мир обязательно заметит того, кто стоял у истоков.

Она верила Дэмиану.

Я перевела взгляд на правую руку. На безымянном пальце тускло, почти издевательски поблёскивало обручальное кольцо. Оно давно стало слишком свободным — я так сильно исхудала за эти годы, что еле-еле держалось, периодически норовя соскользнуть.