Книга Дочка и отец-одиночка, страница 78 – Анна Бигси, Екатерина Аверина

Встаю. Киваю.

— Понял. Спасибо, Макс.

Выхожу из кабинета, и по спине бегут мурашки. Он прав. Виталик крыса, а крысы, спасаясь, грызут всех подряд, и Полина для него всего лишь разменная монета, расходный материал.

Возвращаюсь в кабинет оперов и смотрю на телефон, на сообщение от Полины. Неужели она так любит этого Нелюбина, что искренне верит ему и защищает? И меня, черт возьми, бесит не ее возможная причастность, а наивность. Ее слепая вера в этого подонка.

Беру телефон. Набираю ответ на прошлое сообщение:

«Твой жених мошенник и скоро сядет. У тебя есть ровно неделя, чтобы выбрать сторону. Или ты с ним, или.... Решай, Царапкина.»

Отправляю. Откладываю телефон. Закрываю глаза.

Черт. Черт! Теперь надо все это разрулить.

Сижу, уставившись в монитор, пытаясь выстроить в голове хоть какой-то план. Мысли путаются, упрямо возвращаясь к лицу Полины, то надменному, то испуганному.

Черт возьми, Царапкина, ну почему ты такая дура-то?

Дверь открывается и в кабинет вваливается Лихачев. Смотрит на меня как-то странно.

— Ты чего? - хмурюсь я

— Помощь нужна? - его голос звенит от желания поработать. - Я так понял, ты под Нелюбина копаешь?

Я тяжко вздыхаю, не отдел полиции, а коммуналка какая-то. Все про всех все знают. Но, собственно, почему бы и нет? Один я разгребать это буду долго, а Матвей хоть и молодой, но азартный и дерзкий.

— В общем, так, этот Нелюбин птица высокого полета, - киваю в сторону, где, как я предполагаю, находится кабинет Виталия. - Криминальный политик. И есть Царапкина, которая скоро за него замуж выходит. Она, возможно, ни в чем не виновата, но ее подписью щедро размазано по многим грязным схемам этого типа.

Матвей расплывается в ухмылке.

— Жестко. И что, она в доле?

— Не знаю. Думаю, что нет. Но доказательств нет тоже, а они нужны, и очень быстро. Иначе поедет Полина Сергеевна не в ЗАГС, а за женихом в Сибирь.

Матвей задумчиво стучит пальцами по столу.

— Значит, нужно найти оригиналы этих договоров или что-то, что докажет, что она их не подписывала. Или найти того, кто подделывал.

— Бинго, - развожу руки в стороны. - Можешь приступать к поискам.

Сам растираю лицо ладонями, чувствуя, как на плечи давит груз ответственности. Неделя. Семь дней, чтобы спасти репутацию, а может, и свободу женщины, которая ворвалась в мою жизнь совсем недавно и перевернула её с ног на голову.

— Начнем сначала, - говорю сам себе и снова вчитываюсь в бумаги. Договор о выделении средств на ремонт детского дома. Акт приемки работ. Подпись Полины Царапкиной стоит красивым, уверенным росчерком. Дата….

Что-то щелкает в памяти и стремительно разгоняется. Это же число навсегда врезалось мне в подкорку. Я открываю старую переписку с Полиной в телефоне и пролистываю до самого низа. И вот оно. Сообщение от нее: «Возьмите трубку. Это важно. Касается вашей дочери».

Отправлено как раз в этот день. А спустя час Царапкина уже ждала меня в отделе и говорила то, что перевернуло всю мою жизнь. Находиться в двух местах одновременно она точно не могла.

Сердце замирает. Я лезу в ее открытый профиль в соц.сети и листаю ленту. Должна же она где-то светить своими передвижениями. И мне улыбается удача, Полина опубликовала несколько постов в тот самый день, в то самое время. Когда ее подпись «ставили» в Москве, она была рядом со мной и рассказывая мне о существовании Тоси.