Онлайн книга «В сети с мажором»
|
Ой, мамочки… Меня бросает в холодный пот, и я сминаю пальцы в кулаке. Вдох, выдох. Уф-ф-ф… Соберись! Эхо от моих каблуков отскакивает от тяжелых стен коридора, по которому меня ведут, мимо грубых железных дверей, мне кажется за ними кто-то есть и моя разбушевавшаяся фантазия рисует уставшие и сальные лица заключенных. Меня передергивает, будто их взгляды взаправду ощупывают меня в этом платьице и все, что под ним. И я заставляю себя смотреть только в спину охранника. Даже когда коридор с дверьми заканчивается и мы выходим на улицу, где я пытаюсь надышаться свежим воздухом, прежде чем мы проходим через пост с турниками и оказываемся в другом здании. Я слышу какие-то шуточки между охранниками, знаю, что они обо мне, но абсолютно не сосредотачиваюсь на этом, следуя вперед. Охранник останавливается перед одной из дверей и поворачивается ко мне, бросая насмешливое: — Имей в виду, красотка, это не роскошный номер. А то еще грохнешься в обморок от антисанитарии в своем платьице. Охранник открывает дверь, сердце замирает, я делаю глубокий вдох и, кажется, действительно могу упасть в обморок, но каким-то чудом делаю шаг и весь воздух из легких вылетает сначала от строгого: — Решетов, встречай. А потом — когда наши с Исаем взгляды встречаются… 25 Нахера я согласился⁈ Вот нахера, а? Сцепляю руки в замок на затылке, запрокидываю голову и дышу, закрыв глаза. Но надышаться не могу. В груди все спирает. Жжет. Сука, нервничаю — пиздец. Даже не помню, когда в последний раз так штормило. А из-за девушки вообще никогда. Только с ней так… А мне не нравится, когда так, потому что я ничего не могу контролировать. И все это тупо выбивает почву из-под ног. Если честно, я до последнего думал, что струсит, не пойдет до конца. Но Заноза же… Полчаса назад брат отчитался, что она доставлена на КПП в целости и сохранности. И это его «губа не дура у тебя, братишка» вообще калит, а фантазия моя тут же подкидывает охапку дров в пекло. И то, что брат женат, чет вообще не успокаивает. Наверное, потому что кольцо на пальце не мешало ему в дурмане иметь элитных шлюшек. Не часто, только когда крышу срывало, а с большими деньгами такое явление нормальная практика, так что да, рыльце у него в пушку, но жену любит и нервы ее бережет, поэтому об этом никто, кроме меня и его водилы, не в теме. А сейчас меня кроет от того, что он мог… нет, не мог. Девушка брата — это табу. Да и Заноза не такая. Не уверен, но хочу быть в этом уверенным. Брат падкий на женскую красоту, а в случае с Николь мне даже осудить его не за что. Она… на нее хочется… Черт… Царапаю пальцами кожу головы и сдавленно смеюсь. Это клиника какая-то. Как я вообще в таком состоянии собрался находиться с ней в замкнутом пространстве? Не знаю… Грохот ключей в замке, скрип двери и бас надзирателя: — Решетов, встречай! А потом писклявое: — Ой, подождите… Все внутри накаляется, дергает, колет под ребрами, в ушах гул, и я сдавливаю челюсти, чтобы меня все это не разорвало, потому что через секунду взгляд Николь, замершей с изящными пальцами в волосах, встречается с моим. И меня все-таки разрывает, но совершенно от другого. Ее большие зеленые глаза прошибают разрядом. Я глохну, вообще не слышу ничего. Ни своих мыслей. Ни чувств. Ни гудящего напряжения в теле. |