Книга Венец из волчьих ягод, страница 86 – D. Scriptor

— Пусть так. Но я буду справедлива в своей жестокости.

Взамен на мое удовольствие Варасса получит то, чего так страстно желает. Я дарую ему свободу. Ивовый венец на челе раба — Эголла не простит мне этого, но только так я смогу искупить свою вину перед принцем, которого собиралась использовать. Я была почти уверена, что смогу возместить свое бессердечие великодушием монархини. Варасса станет королем, независимым во всех смыслах этого слова. Я даже попробую дать ему разрешение на наложниц, ибо всякий достоин любви. Пара ночей не должны означать пожизненную верность мне.

— Я не скажу об этом Асену, когда он очухается, — заговорщицки пообещал брат, а я удивленно округлила рот, окинув его внимательным взглядом. — Слово младшего княжича.

— У тебя нет выбора, — я пришла в себя и зловеще улыбнулась. — Спасибо, что веришь в меня. Но тебе все равно нужно уехать. Ты обещал, — предостерегла его я, видя, что брат собирался возразить. — Здесь вам делать нечего. Напомни Финисту, что он наследник, и катитесь восвояси.

— Даже не пригласишь на помолвку? — Василь болезненно улыбнулся. Я покачала головой.

— Нет. Завтра утром я приду попрощаться. Официальное приглашение Красногорскому Княжеству на свадьбу отправлю в конце осени.

— Ты злишься на нас, Сильва?

— Очень, — я серьезно кивнула, но мои глаза хитро блестели. — Обещаю, как только я со всем разберусь, приеду домой.

— Неужто на охоту с нами сходишь?

— Схожу. Если поклянешься меня не донимать.

— Прости нас, — Василь свел брови к переносице. — Финист не пытается тебя контролировать. Он любит тебя, слышишь? Он говорил с барином Урогом, чтоб не смел хоронить Асена без твоего слова, а всех, кто шептался о твоем побеге в Эголлу, колотил прямо на площади.

Я молча кивнула. Финист всегда был таким, яростным, отчаянным. За меня и братьев он бы и медведя голыми руками порвал. В точности, как и я сама. Хоть в чем-то мы с ним были похожи.

Не попрощавшись, я покинула лазарет, чувствуя спиной пронизывающий взгляд Василя. Завтра я отправлю их в морозное утро до начала декабря. И когда они прибудут снова, их встретит королева Эголлы.

* * *

Как полагается хорошим слугам, они не задали ни единого вопроса, когда Варасса приказал принести лучшие масла и одежды. В иных случаях перед предстоящей близостью мужчину ожидал целый ритуал, но в распоряжении Вара был только он сам и несколько часов времени. Слуг пришлось выпроводить, чтобы не травить лишние слухи. Масла можно списать на лекарский интерес, а новые одежды — на богатейскую прихоть.

Принц расправил темно-коричневое расшитое золотом платье с глубоким вырезом на бедрах и груди. Шумно сглотнул, оглядев следующее, которое было еще откровеннее. Видимо, дворцовые слуги хорошо знали подобные приказы. Поразительная невозмутимость. Варасса кривовато усмехнулся, чувствуя, как щеки обдало жаром. Княжна заверила, что ей нет дела до его внешнего вида, так отчего принц сейчас так взвинчен? От него требуется выполнить простейшую функцию, для которой только рожден мужчина.

Варасса закрыл лицо рукой, шумно выдохнув. Солнце уже садилось, окропляя последними лучами вечернюю землю. Легионерши готовились к выступлению на мыс Никса, принц слышал звуки тренировочных боев, когда возвращался с ужина. Он никогда не участвовал в общих построениях. Маут Гулам обходился индивидуальными учениями, изредка являясь на показные сражения по личным приказам матери. Варасса не убивал, но нет гарантии, что не убьют его, поэтому приходилось на износ работать во благо собственного выживания.