Книга Первый ящик снизу, страница 43 – Паоло Дельмастро

Мой друг пожал плечами, как бы говоря: «Более или менее», и опорожнил третью бутылку.

— А что, если, наоборот, эта шахматная партия олицетворяет собой безумие одиночества? Я волен считать себя номером один в мире, но как я могу всерьез рассчитывать на победу против пятидесяти тысяч соперников, играющих вместе? Неужели я так тщеславен? Не искажено ли мое восприятие реальности? Или я просто настолько одинок и отчаялся, что готов сражаться со всеми. Кто знает, по какой причине? Супергерой, Дон Кихот, оторванный от реального мира, или Самсон, готовый принять мученическую смерть, чтобы отомстить.

— Очень хорошо! — воодушевленно произнес Андрей, показывая официанту на пустую тарелку.

Что касается меня, то я все еще не видел в этих рассуждениях никакого практического смысла.

— Хорошо что? Все это интересные теории, но ума не приложу, как они могут нам помочь докопаться до сути убийств.

— Элио, будь оптимистом и рассуждай. Помнишь, у Декарта^[34]: «Разум — это свеча, освещающая путь».

Я забыл сказать, что, зная моего украинского друга, можно было не сомневаться: он скорее откажется от еды, но не от чтения и учебы. Я был знаком с Андреем уже несколько лет, хотя виделись мы довольно редко. Несмотря на его скромный внешний вид и кажущуюся простоту, я имел возможность убедиться, что он обладал незаурядным умом и непоколебимым оптимизмом.

— Хорошо, как скажешь, давай будет оптимистами. Итак, у нас есть три гипотезы. Я бы исключил образ супергероя: он, конечно, привлекателен, но как его можно воплотить на практике, убив двух наркоторговцев? Что героического в устранении этих криминальных элементов, которые к тому же были всего лишь мелкой рыбешкой, последним звеном в их пищевой цепи?

— Правильно! — сказал Андрей, с энтузиазмом реагируя на появление на столе новой тарелки с мясной нарезкой и еще одной бутылки пива. — Но разве безумец, видящий в этих преступниках свои собственные ветряные мельницы, выглядит более правдоподобно? Впрочем, это значительно сузило бы круг поиска: достаточно найти шахматиста, у которого проявилась какая-либо форма психоза.

— Да уж…

— Тебя такой вариант не убеждает, правильно я понимаю?

— Не очень.

— Значит, остается Самсон.

— Думаю, образ этого библейского героя подходит больше других. В конце концов, обе жертвы были из криминальной среды, и не исключено, что кто-то мог затаить желание отомстить.

— Месть двум людям, связанным с одной группировкой… — задумался Андрей. — А знаешь, вполне может быть. Другими словами, это не обязательно должна быть личная месть, она может быть направлена против целой организации.

Аппетит Андрея постепенно шел на убыль: он тянулся к тарелке все реже. В это время в парке почти не было людей — это были самые жаркие часы дня. Возможно, к вечеру ожидалась гроза: далеко в небе сгущались серые тучи и время от времени ощущались довольно резкие порывы ветра. Впрочем, в тени веранды легкий ветерок делал температуру воздуха даже приятной.

Подняв взгляд от шахматной доски, я увидел, как по парковой дорожке к бару шла молодая женщина лет тридцати с короткими темными волосами и очень загорелой кожей. Она держал за руку маленького мальчика, который возбужденно тянул ее к киоску с мороженым. Проходя мимо нашего стола, ребенок заметил шахматные фигуры и остановился. Схватившись за край столешницы, он встал на цыпочки, пытаясь их получше рассмотреть.