Книга Первый ящик снизу, страница 52 – Паоло Дельмастро

Рыбалка принесла улов, дело было сделано, и при этом у меня оставалось еще достаточно времени. Вернуться обратно в отель я не мог, поскольку не имел возможности с точностью предсказать, когда Морабито будет дома. Чрезвычайно осторожно, заботясь о том, чтобы не оставлять следов, и внимательно прислушиваясь к доносящимся снаружи звукам, я принялся методично осматривать все ящики и шкафы в квартире, не преследуя при этом никакой определенной цели. В одном из ящиков письменного стола я обнаружил две тысячи евро наличными и несколько пакетиков с белым порошком. Остановившись у книжного шкафа, я бегло просмотрел названия книг. Кроме универсальной энциклопедии в роскошном переплете, которую, казалось, никогда не открывали, на полках стояло несколько книг по экономике, десяток детективов неизвестных мне авторов и то, что сразу всколыхнуло мое читательское эго, — «Великое пятикнижие» Достоевского. Я с восхищением смотрел на толстые тома в элегантных бордовых обложках с золотыми рельефными названиями, сверкавшими в неравном сравнении между вечной душой большой литературы и мимолетностью книг-однодневок, обреченных на скорое забвение. Я бережно перелистывал свои любимые романы. Страницы были тонкими, а шрифт — мелким. Что делали эти жемчужины человеческой мысли на полке с литературной бижутерией? И кто знает, читал ли Морабито хоть что-нибудь из русской классики? Я надеялся, что да. Ради него самого, потому что времени на это у него больше не будет.

Продолжая осмотр, я наткнулся на сейф, спрятанный за картиной в спальне. Мне бы очень хотелось его открыть, но, увы, это выходило за рамки моих умений. Больше ничего стоящего внимания в квартире я не нашел.

Напоследок я заглянул в кухонные шкафчики и отыскал пачку печенья с яблочной начинкой. Я съел несколько штук, внимательно следя за тем, чтобы не оставлять крошек, и запил их несколькими глотками воды из-под крана. После этого я решил окончательно перебраться в спальню, чтобы обустроить свое укрытие и освоиться с обстановкой. Ожидая наступления ночи, я несколько раз отрепетировал путь от дверей гардеробной до кровати: сначала при дневном свете, льющемся из большого окна, а затем — в полной темноте и абсолютной тишине, раз за разом повторяя одни и те же движения. Я изучал каждую плитку на полу, старался предугадывать малейший скрип раздвижных дверей и улавливать едва слышные звуки. Я тренировался до тех пор, пока не стал двигаться во тьме с уверенностью кошки и спокойствием того, у кого все под контролем.

19 июля. Понедельник

Прошло почти три недели со дня второго убийства. Киллер больше не давал о себе знать — наверное, даже убийцы летом уходят в отпуск. Я нисколько не сожалел о том, что комиссар, видимо, потерял ко мне интерес: после пары телефонных звонков с просьбой сообщить о моих выводах, он, вероятно, понял, что совершил ошибку, доверив судьбу расследования такому человеку, как я. В этом он явно промахнулся, ведь секрет успеха любого дела заключается в том, чтобы правильно подобрать себе помощников.

Июль пролетал для меня так же стремительно и бесцельно, как и два предыдущих лета. Дело с компанией HTI было поставлено на паузу в ожидании возвращения Россетти из отпуска. Другой работы у меня пока не намечалось, и большую часть времени я проводил дома, наслаждаясь прохладой кондиционера, пересматривая любимые фильмы и читая книги. Лишь изредка, когда разразившаяся в городе гроза на несколько часов избавляла от невыносимой жары и воздух снова становился прозрачным, а температура — приемлемой, я выходил из дому и бесцельно бродил по улицам Милана. Я избегал обязательных туристских маршрутов, особенно толп иностранцев, поэтому мне оставалось только шататься по пустынным тротуарам и, время от времени поднимая взгляд от земли, в очередной раз очаровываться изысканностью архитектуры старинных зданий.