Книга Тени Гонконга, страница 73 – Кристен Лэш

Па. Сестры. Бабуля. Соседи. Вся деревня. Сгорели. Перебиты. Их больше нет.

От рук японцев.

Такая у нас беда…

Я открываю рот, но не в силах вымолвить ни слова.

— Ты, наверное, гадаешь, как я узнал, что ты в трансе, – говорит мальчик. – А может, ты гадаешь, как это я управляю лавкой, если я, ну, ребенок. – Он улыбается. Улыбка у него широкая и искренняя. – Это потому, что я такой же, как ты! – Он достает что-то и подносит к лицу. Это маска, закрывающая все лицо, с черными лентами над глазами. – Я вижу призраков, – говорит он, делая свой голос более низким и веским, заставляя его греметь. – Люди за это платят много денег. Серьезно. Особенно если на тебе маска, плащ и все такое. – Он снимает маску и снова улыбается. – Я знаю, пока что все выглядит не так уж впечатляюще, но когда-нибудь у меня будет не только развалюха на задворках, вот увидишь! Когда-нибудь я стану великим мастером.

Гонконг, 2015 год

Сюзанна смотрит куда-то мимо меня, и Райан тоже.

Я стою спиной к двери и не вижу того, что видят они, но и без этого знаю, кто это.

Прошло много десятилетий со дня таинственного исчезновения Холли Чжан из Мэйденхэйр-Хаус. Большинство людей сочли, что она вернулась на материк и умерла там.

А уж к этому моменту ей точно давно полагалось бы умереть.

Я готовлюсь к тому, что увижу, и разворачиваюсь, но отвращения при виде ее не испытываю. Вон как у нее лицо шелушится возле ушей. Как натянутая кожа на скулах кажется почти прозрачной, будто лед на пруду. Как она почти не похожа на себя, если не считать глаз и сладкого аромата духов, которыми пользовалась столько десятилетий назад.

Никто из нас не может победить время, даже она.

Холли переводит взгляд с меня на Райана, на Сюзанну и обратно, каждый раз поворачивая голову чуть дальше, чем нужно.

— Здравствуйте, тетушка, – говорю я, и после моих слов Райан наконец ее узнает.

— Но… но этого же не может быть! – выпаливает он. – Холли Чжан – она же родилась в… не знаю даже, когда она родилась, но ее первый фильм вышел… больше девяноста лет назад! Она же снималась в кино, когда я мальчишкой был! – Он начал шепотом, но за несколько секунд перешел на визг. – Она должна была умереть! Она наверняка уже умерла! Теперь вы понимаете, что этот дом делает с людьми? Я еще тогда пытался объяснить, пытался всем сказать: тут видишь вещи, которые не существуют, не могут существовать, но они прямо перед тобой, и они…

Он так судорожно дышит, что уже не может продолжать.

Не реагируя на его вопли, Холли переводит свой подслеповатый взгляд на меня.

— Мисс Чен? – хрипловато произносит она знакомым голосом. – Как вы изменились! Мы теперь обе старухи, да? – Потом она поворачивается ко все еще ошарашенной Сюзанне. – А это кто, неужели ваша дочь? Интересно, вам перешли по наследству способности матери? Нет, я уже вижу, что не перешли. Какая жалость.

Редкий случай – Сюзанна потеряла дар речи.

Райан Ли прислоняется к стене, все еще тяжело дыша.

— Это не вы написали анонимные письма, тетушка? – спрашиваю я Холли, потому что больше никто, кажется, на это не способен. – Например, Дину Торнтону, мужу Сюзанны, где обвинили меня в убийствах? Или вот мистеру Ли, где попросили его приехать в Мэйденхэйр?

— Письма? – хрипло смеется Холли. – Думаете, мне нужны здесь люди? Думаете, я хочу все это объяснять, рассказывать про себя? Но раз уж вы тут… – Она слабым взмахом руки показывает на люк. – Заходите тогда уж на чашечку чая. У меня редко бывают гости.