Книга Госпожа Сим – киллер, страница 104 – Джиён Кан

— Что ты пьешь? Что ты там от меня прячешь? Ты с ума сошла?

Ее белая ладонь медленно поползла вверх по моей руке и немного задержалась на плече, прежде чем дотронуться до моей щеки. От этого прикосновения повеяло леденящим холодом. Затуманенный взгляд сестры на мгновение остановился на моем лице. Я закричала и принялась трясти ее за плечо. Мужчина, неторопливо жевавший булку, запивая ее молоком, подбежал к машине и открыл дверцу, но было поздно. Глаза сестры потухли. Из ее рта вывалился истерзанный язык. Доведенная до отчаяния, она в какой-то момент принялась кусать язык и глотать сочившуюся кровь. Мужчина в растерянности отбросил недоеденный хлеб и молоко и, тяжело дыша, уселся на водительское сиденье. Он нервно постучал пальцами по рулю, а затем завел двигатель и выехал на дорогу.

— Ну и влипли же мы с тобой.

Я положила голову сестры себе на колени. Ее тело быстро остыло и начало коченеть. Сестра так любила наряжаться, от нее всегда чудесно пахло. Именно она научила меня: если собрать все обмылки толщиной в монету, завернуть их в бумагу и положить в бельевой шкаф, то одежда пропитается их ароматом. И она же научила меня заплетать косы не только из трех, но из четырех и пяти прядей, а также показала, как добиться эффекта химической завивки с помощью веток акации.

— Быстро снимай одежду.

Мужчина припарковался в укромном месте, вылез из машины и открыл заднюю дверь. Он с силой дернул сестру за рукав, и ее тело соскользнуло с моих колен. С глухим звуком, словно бревно, она повалилась на пол машины. Я вскрикнула.

— Говорю, живо раздевайся!

Одним грубым движением мужчина сорвал пуговицы на моей пижаме. Потом достал саперную лопату из багажника и принялся копать яму в лесу недалеко от дороги. Солнце уже клонилось к закату, когда он выкопал достаточно глубокую яму. Еще до того, опасаясь, что я сбегу, он силой раздел меня. Когда к девяти часам вечера яма наконец была готова, мужчина сбросил туда белое и твердое, точно пластмассовый манекен, тело сестры. Сверху накрыл его моей порванной пижамой. Окутанный клубами белого пара, он засыпал могилу и тяжело вздохнул. Сейчас я понимаю, что могла бы оказаться с сестрой в этой яме. Однако мужчина посадил меня в машину и повез в сторону Сеула. Была поздняя ночь, и он казался таким же встревоженным, как я.

Мужчина несколько раз притормаживал в сомнениях и наконец остановился около уличного телефона и пересчитал монеты. Наверное, он хотел попросить о помощи, но не был уверен, не отреклись ли уже от него члены банды после сегодняшнего. С тревогой на лице он подошел к телефонной будке, достал из кармана небольшую бумажку и внимательно набрал номер. Мы находились в центре ночного города, на мрачную улицу падал мокрый снег.

Вероятно, мужчина дозвонился, потому что глаза его снова наполнились решимостью. На месте, где сидела сестра, я увидела несколько засохших капель крови. Я потрогала их пальцем, и на вязкой, словно клейстер, поверхности обивки остался мой отпечаток. Медлить было нельзя. Не отводя глаз от мужчины, я осторожно потянула за ручку двери. Та со щелчком открылась. Мужчина с перекошенным лицом бился головой о стекло телефонной будки. Я распахнула дверь и со всех ног бросилась к ближайшему подземному переходу. Мужчина сразу стал серьезным, втянул голову в плечи. Запоздало поняв, что происходит, он кинулся за мной в погоню, но увидел в переходе только скрючившихся бездомных да редких прохожих и издал яростный крик.