Книга Мальчик, который рисовал тени, страница 52 – Ориана Рамунно

Кольца рассыпались по всему бараку, будто осколки разбитой вдребезги любви. Гуго подумалось, что изымать обручальные кольца подло. Все равно что разорвать связь между людьми, растоптать цветок.

— Понятия не имею.

— В тот вечер кольцо было на нем?

— Не знаю. Не помню. А теперь, с вашего разрешения…

— И вам не хочется узнать результаты аутопсии? – Гуго изумленно посмотрел на вдову.

Та наконец остановилась. Ее плечи поднимались и опадали, она тяжело дышала, сипя, точно порванный аккордеон. Потом медленно кивнула и повернулась к нему лицом. Расширившиеся глаза – лужицы жидкого свинца, со дна которых поднимался страх. Она боялась узнать правду.

— Его отравили. Цианидом, – произнес Гуго.

Фрау Браун закрыла рот ладонью, заглушая стон. Глаза закрылись, она зарыдала и вдруг сделалась маленькой девочкой. Потом повернулась нему спиной и понуро двинулась дальше, громко всхлипывая. Заключенные удивленно оглядывались. Они не привыкли видеть фрау Браун плачущей.

— По-моему, это было жестоко. Не находите?

Гуго обернулся. На него в упор смотрела Анита Куниг, сжимавшая в руках хлыст. Из-под сдвинутой на лоб пилотки выбивалась прядь светлых волос: тщетная попытка скрыть родимое пятно.

— Я не на это рассчитывал, поверьте, – попытался оправдаться Гуго.

— Брунгильда только кажется несгибаемой, но в действительности…

— Вы, вижу, хорошо ее знаете?

— Мы подруги, – отрезала Анита. – И я знаю ее достаточно, чтобы утверждать: сейчас вы ничего от нее не добьетесь. Она очень рассержена и обижена. Дайте ей время прийти в себя.

— Я просто исполняю свой долг. Чем больше времени пройдет, тем меньше вероятность найти убийцу доктора Брауна. Фрау Браун следовало бы поблагодарить меня за работу.

— Поверьте, так и будет, но смерть есть смерть, она выбивает из колеи. Особенно насильственная. – Анита буравила Гуго глазами. – Могу я еще чем-нибудь вам помочь?

— Да, – кивнул Гуго. – Мне нужно побеседовать кое с кем о «Канаде».

— Бога ради, не называйте вы склад этой арестантской кличкой, – поморщилась Анита. – Это склад, понимаете? Жизненно важная структура. Все, что вы здесь видите, – наш вклад в победу Германии.

Гуго оперся о трость, давая отдых больной ноге.

— Хорошо, я должен поговорить с кем-нибудь о складе, – покорно согласился он. – Хоть с вдовой Брауна, хоть с вами.

— Спрашивайте.

— Кто из служащих десятого блока посещает склад?

— Да практически все. – Анита улыбнулась. – Медсестры и врачи приходят за лекарствами, конфискованными у заключенных. Иногда попадаются крайне редкие препараты, а то и приборы.

— Кто именно? Можете перечислить?

Хельферин посмотрела на его ногу и сказала, словно желая выиграть время:

— У нас есть всякие обезболивающие, даже эукодал. Хотите?

— Что? – растерянно переспросил Гуго.

— Мне сказали, вы переболели полиомиелитом. Какое обезболивающее вы принимаете? Морфин? – Анита неодобрительно покачала головой. – Не советую. Импортная отрава. Эукодал в два раза эффективнее, если не в три, а кроме того, придаст вам сил и бодрости, чтобы закончить дело. Его принимает сам фюрер, а такой рекомендации можно довериться.

— Лучше ответьте на вопрос.

Анита подошла к одному из столов и, переворошив сложенные там предметы, принесла Гуго серую коробочку:

— Попробуйте, герр Фишер.