Книга Лунный камень, Когда опускается ночь, страница 176 – Уильям Уилки Коллинз

— Вне всякого сомнения, мистер Мертуэйт! Но я жду от вас рационального ответа на тот вопрос, который я имел честь вам задать.

Мистер Мертуэйт улыбнулся:

— Ответить на этот вопрос ничего не стоит. Позвольте для начала отдать вам должное: ситуацию вы оцениваете совершенно правильно. Индусы, безусловно, не знали, как поступил с брильянтом мистер Франклин Блейк, потому что в тот вечер, когда он приехал к тетке, они совершили свою первую ошибку.

— Первую ошибку? – повторил за ним я.

— Конечно! Их ошибка состояла в том, что в тот же вечер, притаившись возле террасы, они попались на глаза Гэбриэлу Беттереджу. Они, правда, сообразили, что повели себя неверно и, по вашим же словам, в течение нескольких недель ни разу не подошли близко к дому.

— Но почему, мистер Мертуэйт? Вот что мне хотелось бы знать! Почему?

— Потому что ни один индус никогда не подвергнет себя неоправданному риску. В составленном вами и известном им завещании полковника Хернкасла говорится, если не ошибаюсь, что Лунный камень переходит в полную собственность мисс Вериндер в день ее рождения. Прекрасно. А теперь скажите мне, как бы поступили на их месте вы? Попытались бы похитить брильянт, пока он находится у мистера Франклина Блейка, который уже доказал, что может их заподозрить и перехитрить? Или дожидались бы, когда брильянт окажется в распоряжении мисс Рейчел, которая, в неописуемом восторге от этой диковинной драгоценности, готова демонстрировать его на себе при первой же возможности? Хотите, чтобы я доказал вам правомерность моей гипотезы? Этим доказательством может служить поведение самих индусов. Переждав несколько недель, они появились в доме в день рождения мисс Вериндер и увидели, в награду за свое долготерпение и расчетливость, Лунный камень у нее на груди. Когда в тот же вечер мне рассказали про полковника и его брильянт, я пришел к убеждению, что и мистер Франклин подвергает себя огромному риску (они бы обязательно напали на него, не возвращайся он из Фризингхолла к леди Вериндер не один, а вместе со своими родственниками), и – еще большему – мисс Вериндер. Вот почему я посоветовал воспользоваться планом полковника разбить Лунный камень на отдельные брильянты и тем самым его обесценить. Вы ведь знаете ничуть не хуже меня, что в ту ночь брильянт неожиданно пропал, отчего мой совет лишился всякого смысла, и что на следующий день индусов как мошенников и бродяг посадили в тюрьму, чем нарушили их планы. Здесь заканчивается первый акт их заговора. Прежде чем перейти ко второму, хотел бы вас спросить: вы как прагматик удовлетворены моим объяснением?

Невозможно было отрицать, что мистер Мертуэйт разрешил мои сомнения самым убедительным образом. И неудивительно – с его-то знанием психологии индусов! А еще потому, что ему не пришлось, как мне, составить за это время еще сотни подобных завещаний!

— Итак, – подвел итог мистер Мертуэйт, – в день, когда их заключили в фризингхолльскую тюрьму, они упустили верный шанс завладеть брильянтом. Когда же им представился второй шанс? Второй шанс им представился – и я берусь это доказать, – когда они еще сидели в тюрьме.

И прежде чем продолжать, он извлек из кармана записную книжку и раскрыл ее на определенной странице.

— Я тогда гостил у друзей во Фризингхолле, и за пару дней до того, как индусов выпустили на свободу (в понедельник, кажется), ко мне пожаловал с письмом начальник тюрьмы, где они сидели. Некая миссис Маканн, у которой индусы снимали квартиру, принесла в тюрьму это письмо, которое накануне утром пришло ей по почте. Начальник тюрьмы заметил, что, судя по штемпелю, послано оно было из Ламбета и что адрес, хоть и написан без ошибок, не вполне соответствует тому, как у нас принято адресовать письма. Когда конверт вскрыли, то оказалось, что написано письмо не по-английски – на хинди, предположили в тюрьме. Ко мне начальник тюрьмы, сами понимаете, обратился с просьбой перевести это письмо на английский. Я переписал в записную книжку и оригинал, и мой перевод – вот они, к вашим услугам.