Книга Лунный камень, Когда опускается ночь, страница 255 – Уильям Уилки Коллинз

Открыл дверь в гостиную, вошел, а дверь оставил открытой.

Как и все двери в доме, эта дверь держалась на больших, старинных петлях. Между дверью и косяком оставалась большая щель. Я знаком подозвал своих спутников к этой щели, чтобы он их не заметил. Сам же встал за дверью, но по другую сторону от нее. По левую руку от меня находилась глубокая ниша, где я мог бы спрятаться, оглянись он назад.

Он дошел до середины комнаты – по-прежнему со свечой в руке. Осмотрелся по сторонам, но назад не посмотрел ни разу.

Дверь в спальню мисс Вериндер была полуоткрыта. Свечу она погасила. Собой владеет превосходно. Я разглядел лишь смутные очертания ее летнего платья. Никто бы не заподозрил, что в комнате кто-то есть, не знай он об этом заранее. Отступила в тень, не произнесла ни слова, ни разу не пошевелилась.

Десять минут второго. В мертвой тишине слышны были глухой шум дождя за окном да едва слышный шелест деревьев на ночном ветерке.

Постояв в нерешительности минуту-другую, он направился к окну, где в углу стоял индийский шкафчик.

Поставил свечу на шкаф. Стал открывать один ящик за другим, пока очередь не дошла до того ящика, где лежал подложный брильянт. Заглянул в ящик. Правой рукой достал из него хрусталь, а в левую взял свечу, которую минуту назад поставил на шкаф.

Вернулся на середину комнаты и вновь остановился.

Пока он в точности повторял все, что делал той ночью год назад. Интересно, последующие его действия будут такими же, как в прошлом году? Выйдет из комнаты? Вернется, как это было, по всей видимости, год назад, в свою комнату? Покажет нам, куда спрятал брильянт?

Нет, на этот раз он повел себя иначе, чем год назад. Поставил свечу на стол и не спеша отошел в дальний конец комнаты, где стоял диван. Оперся на спинку дивана левой рукой, потом выпрямился и вернулся на середину комнаты. Теперь я видел его глаза: полуприкрыты, блеск погас.

Напряжение было столь велико, что самообладание изменило мисс Вериндер. Она сделала несколько шагов и остановилась. Мистер Брафф и Беттередж взглянули на меня из-за двери в первый раз. Предчувствие, что мы терпим неудачу, овладело ими так же, как и мной.

И все же, пока он стоял посреди комнаты, надежда еще теплилась. Мы все с огромным нетерпением ждали, что же будет дальше.

То, что произошло в следующий момент, решило дело. Он выпустил хрусталь из рук.

Хрусталь упал на пол у двери – и он это видел точно так же, как и мы все. Однако даже не потрудился его поднять, лишь посмотрел на него отсутствующим взглядом, после чего уронил голову на грудь. Пошатнулся, на мгновение пришел в себя, затем неуверенной походкой направился к дивану и сел. Попытался было подняться и вновь сел, откинувшись на спинку. Голова упала на подушки. Произошло это, когда на моих часах было двадцать пять второго. Не успел я убрать часы в карман, как он уже крепко спал.

Все было кончено, теперь лауданум больше не возбуждал, а успокаивал. Эксперимент завершился.

Я вошел в комнату, сказав мистеру Браффу и Беттереджу, что они могут следовать за мной. Теперь уже нечего было опасаться его потревожить. Мы могли свободно двигаться и говорить в полный голос.

— Первым делом нужно решить, – сказал я, – как нам с ним быть. Вероятней всего, он теперь проспит не меньше шести-семи часов. Нести его обратно в спальню далековато. Будь я помоложе, я справился бы без посторонней помощи. Но сейчас сил у меня поубавилось, да и здоровье уже не то, боюсь, без вашей помощи мне не обойтись.