Книга Пыль в доме, страница 53 – Харитон Мамбурин

Нужный нам дом притаился прямиком за «Эмпайром», большим, но совершенно заброшенным кинотеатром, в котором когда-то случился пожар. Место, куда меня вела Финола, оказалось ограждено крепким высоким забором, а зона вокруг территории дома была заботливо очищена от кустов, как и окрестности остального кинотеатра. Видимо, затем, чтобы впечатленные очередным фильмом люди не делали детей прямо под окнами чужого дома. Тот, кстати, внушал. Был даже немного шире нашей с отцом домины и семейного гнезда Бреннанов.

Спокойно открыв незапертую калитку, рыжая соседка решительно потащила меня по тропинке, но не к главному входу особняка, а вбок, в обход, по дороге прошептав, чтобы не издавал громких звуков. Я, слегка напрягшись, тащился, скованно осматриваясь по сторонам, но ничего особо не увидел, пока меня не начали запихивать в подвал. Точнее, в боковой вход цокольного этажа этого домины, оказавшийся цивильным, полностью благоустроенным спуском вниз. Окончился он забетонированным пятачком, с висящей у потолка лампочкой, под которой находилась внушительная деревянная вывеска из четырех букв:

' LAIR '

Логово. Ничего себе. Подпольное заведение для… подростков?

Финола с натугой потянула на себя толстенную капитальную дверь, открывая дорогу, а сунув нос внутрь, я замер на месте соляным столбом… так что меня в очередной раз пихнули.

Многим американским детям делают домик на дереве. Для этого нужно хорошее дерево, хороший отец и более-менее нормальный ребенок. Классика жанра, очень полезная на мой вкус, так как дети учатся самостоятельности, повышают физическую подготовку, понимают, что падать больно. Однако, по сути своей, это своеобразная крепость одиночества, в которой ребенок может отдохнуть от всех, либо провести время с друзьями. Его угол. Его домик на дереве.

Тот, кому в руки попал этот цокольный этаж, развил эту нехитрую идею настолько, что она приобрела не просто новое качество, а превратилась в уникальное произведение искусства!

— Матерь божья… — прошептали мои губы, пока я обозревал увиденное.

Огромное помещение оказалось настолько пёстрым, что разбегались глаза. Рачительный и осторожный хозяин дома нарастил нечто вроде трех колонн, поддерживающих первый этаж, плюс оставил несущую стену, огораживающую часть цоколя отдельным помещением, но вот свободного пространства оставалось много, квадратов шестьдесят, если не больше. Оно было похоже на чудовищно огромную студию. Вдоль одной стены компактно стояли несколько столов и верстаков, явно часто использовавшихся для непонятных пока целей, но очень аккуратных. С ними же соседствовала натуральная газовая плита со внушительным чайником, мойка и парочка висящих кухонных шкафов. В противоположном углу, можно сказать, жилом, размещалось натуральное лежбище — потрепанный диван и два здоровенных заслуженных кресла. Они были развернуты к стоящему у стенки телевизору на тумбе, в которой прятался видеомагнитофон.

Пространство между диваном и телевизором было занято пушистым, но видавшим виды ковром, на котором были раскиданы элементы какой-то настольной игры. За спинкой дивана этого мягкого уголка располагалось несколько набитых книжных шкафов, нечто вроде софы под уютным светильником и парочка здоровенных мятых подушек прямо на полу, покрытых чем-то вроде покрывал. В общем, натуральная ария комфорту, иначе не скажешь. Несколько аркадных игровых автоматов, поблескивающих огоньками, придают своеобразный шарм этому… заведению.