Книга Мальчик, не поднимай тёте давление, страница 12 – Полина Раевская

Под столь философское направление мыслей вдыхаю полной грудью последний день лета и прикрываю глаза.

— Куришь, — заставляя вздрогнуть, раздается позади низкий голос. И вот он точно творит магию с моим организмом, выкручивая все процессы на максимум: от пульса до дыхания. Однако продолжаю делать вид, что это не так — медленно, без суеты поворачиваюсь.

Парень стоит почти вплотную, нарушая мое личное пространство, будто мстя за фото.

Что ж, получается у него вполне успешно — я дезориентирована и первое, что мне бросается в глаза — разница в росте. Божество выше меня на полголовы. Это непривычно и даже как-то волнующе. Скольжу взглядом от накаченной, рельефной груди по линии шеи и челюсти к глазам, и ловлю в ответном тень неодобрения. Легкую, но читаемую.

Ах, вот к чему это «куришь»! Усмехнувшись, затягиваюсь и выдыхаю:

— А что, это проблема?

Божество хмыкает и слегка морщит прямой, аккуратный нос.

— Нет, просто баб курящих не люблю.

— Баб? — вырывается у меня невольный смешок. Охренеть, заявочки!

Божество разводит руками, мол, сорян. Правда, во взгляде ни капли извинений, сплошная провокация и непоколебимое: «ну, а как вас — куряг еще назвать?!».

Я тихо смеюсь и, глядя в глаза цвета бездны, делаю демонстративную затяжку. Чувствую, как дым заполняет легкие, как внутри становится горячо, и падаю в бездонную пропасть, медленно выдыхая прямо в красивое, пропорциональное, будто выточенное скульптором, лицо.

— А я не люблю мужланов, — бросаю с вызовом.

Парень усмехается, но без негатива, наоборот, как будто только и ждал такого ответа.

— Я и не прошу меня любить, — заявляет спокойно, не оправдываясь и не отрицая, что говнюк.

— Так и я вроде не напрашиваюсь, — сделав последнюю затяжку, отправляю окурок точным щелчком в урну неподалеку. Парень хмыкает, не сводя с меня пристального взгляда.

На мгновение повисает тишина. Тягучая, почти осязаемая, воздух становится плотнее.

Секунда. Другая. Божество слегка наклоняется ко мне, я чувствую жар его тела и как горячее дыхание касается щеки.

— Напрашиваешься, — тихо шепчет он и добивает обещающим, — ещё как напрашиваешься, зай.

У меня внутри все переворачивается, а низ живота опаляет кипятком. Втягиваю судорожно воздух и плыву еще больше, потому что этот его запах… Будто природа вопит во все горло «твой»: лучшая совместимость, лучший секс, лучший набор генов для твоих детей.

Сглатываю тяжело и не знаю, что сказать, кроме залихватского «заворачивайте, беру».

Закат, шум платформы, чужие взгляды — всё уходит куда-то на второй план. Остаётся только он — необъяснимо притягательный и невыносимо желанный, и понимание — я хочу не просто веселья, я хочу большего.

— Арина, — нарушаю затянувшуюся паузу и близость, делая шаг назад — подальше от искушения, а то еще чуть-чуть, и «здравствуй туалет плацкарта», а я пока не настолько сошла с ума, да и честно признаться, несмотря на мою раскованность и данное себе обещание — после получения красного диплома жить на всю катушку, — случайный секс никогда не практиковала и даже осуждала.

Простите, люди добрые, не знала, что оно бывает вот так…

Тем временем парень недоуменно вскидывает бровь, а я едва сдерживаю желание показать язык.

Что, дорогой? Не нравится, когда соскакивают с темы? Ну, мне тоже в вагоне не особо пришлось по вкусу, так что лови взаимность.