Книга Дом на перекрёстке Времён. Мастер, страница 18 – Ирина Ульяненко

Полотенце упало на пол.

Тим увидел её и вдруг весь изменился. До этого стоял прямо, почти неподвижно, словно боялся нарушить какое-то правило.

Теперь бросился вперёд.

Марина опустилась перед ним на колени. Они столкнулись так неловко, что она качнулась, ухватилась за его плечи и прижала к себе.

— Мам…

Дальше он уже не смог говорить.

Я отступила к стене. Сергей положил руку мне на спину.

Марина целовала сына в волосы, в висок, отстраняла на секунду, чтобы посмотреть на него, и тут же прижимала обратно.

— Я не уходил, — повторял Тим. — Я правда не уходил.

— Знаю. Знаю, маленький.

На шум вышла Ася.

Она увидела ребёнка, потом посмотрела в открытую дверь.

На диване никого не было.

— Леон с тобой? — спросила она.

Тим поднял мокрое лицо от маминого плеча.

— Мы вместе лежали.

Ася прошла в комнату.

Я пошла за ней.

Подушка лежала возле подлокотника. На столе остались копии чертежей, которые Сергей сделал перед уходом Леона.

Ася остановилась перед диваном.

— Леон?

Тишина.

Из коридора доносился голос Марины. Она спрашивала Тима, не холодно ли ему.

Ася опустилась в кресло.

— Леон, мы здесь.

Она произнесла это негромко, совсем буднично. Так, наверное, звала его из кухни.

Потом закрыла лицо ладонями.

Я повернулась к двери, собираясь попросить Сергея принести воды.

За моей спиной скрипнула кожа.

Ася резко вдохнула.

Леон сидел на диване.

Босой, в помятой рубашке, с отросшей бородой. Одной рукой держался за подлокотник, другой прижимал к груди сложенный листок. Рядом лежала дорожная сумка.

Он смотрел на нас, часто моргая.

— Тим?

— С мамой, — сказала я.

Леон медленно выдохнул.

Ася подошла и взяла его лицо в ладони. Несколько секунд просто смотрела.

Потом прижалась лбом к его лбу.

— Ну здравствуй.

Леон обнял её.

Листок выпал из его руки и остался лежать на сиденье.

Мы не сразу решились радоваться без оглядки.

Мы ещё не знали, останутся ли они здесь после следующего сна. Помнили только, как Луиза когда-то закрепилась в другом времени, уснув на обычной кровати. Сейчас у нас не было лучшего способа.

Марина уложила сына в гостевой комнате и легла рядом.

Он держал её за рукав.

— Если я усну…

— Я буду здесь.

— А когда проснусь?

— Тоже.

Ася увела Леона в другую спальню.

Перед тем как закрыть дверь, он оглянулся на меня.

— Там Валье остался. Возле нас.

— Мы постараемся дать ему знать. Сейчас отдыхайте.

Первые часы мы с Сергеем просидели в коридоре.

Потом я ходила на цыпочках от одной двери к другой, прислушивалась, заглядывала.

Все были на месте.

Ближе к полудню из гостевой комнаты донёсся сонный голос Тима:

— Мам, а что у нас есть поесть?

Я прислонилась к стене.

И только тогда заплакала.

Тим съел две тарелки каши и попросил хлеба с вареньем.

Марина сидела напротив и смотрела, как он ест.

— Мам, ты чего?

— Ничего.

— У меня на лице?

Она улыбнулась и протянула салфетку.

— Немного.

Когда он потянулся за хлебом, рукав чужой рубашки сполз до пальцев. Я принесла одну из Сергеевых футболок. Она оказалась почти до колен, и Тим впервые за это утро рассмеялся.

Потом приехали люди, которые его искали.

Марина сообщила о возвращении сына ещё на рассвете. Теперь предстояло отвечать на вопросы.

Мужчина, сидевший за нашим кухонным столом, несколько раз уточнил, где именно появился мальчик.