Книга Призраки, любовь и прочие безумства, страница 104 – Джози Силвер

В ее глазах ни тени страха. Неудивительно, Марину практически невозможно напугать. Особенно людям. Особенно мне, когда я включаю режим тирана.

— Мелоди. – Она приподнимает брови под темной челкой, сует руку в сумку и достает жестяную коробку. – Я попросила нонну испечь еще одну порцию куччидати.

Боже, до чего она хороша! Знает все мои слабости. Подруга приподнимает крышку, показывается двойной слой печенья в глазури и с инжирной начинкой, и у меня текут слюнки. Плоская морда Лестата подергивается, и он несется мимо меня к Марине. Я хватаю его за ошейник, но он как юркий покупатель на распродаже. Успеха, правда, он не достигает: Марина ловко захлопывает крышку и грозит ему пальцем, пока он в отчаянии не падает на ее туфли.

— Не в этот раз, щеночек.

Я киваю Марине, мол, хорошая работа, щелкаю ручкой и приступаю к изложению дела.

— Итак, вот что мы имеем на данный момент. В субботу Скарборо дал мне всего неделю, чтобы закончить расследование. Сейчас вторник, значит у нас максимум пять дней. Насколько я понимаю, братья застряли в доме из-за нераскрытого убийства. Ситуация Дугласа говорит сама за себя: ему в спину вонзил нож один из братьев. Чертовски веская причина задержаться в этом мире. – (Марина с Арти ловят каждое слово.) – Не так уж сложно понять резоны Айзека. Он категорически отказывается уходить, пока не очистят его доброе имя. Пока все ясно. – (Они согласно кивают.) – Что касается Ллойда… с ним сложнее всего. Он расхаживает по особняку в своей дурацкой шелковой куртке, с прямой спиной и надменным видом и взирает на всех так, будто предпочел бы находиться где угодно, только не в родном доме.

В этом вся загвоздка с Ллойдом, да и со всем этим делом: если бы он хотел уйти, мог бы просто признаться в убийстве Дугласа, и тогда каждый из них отправился бы своим путем.

— Итак, я голосую за то, чтобы ускорить поиски ножа, которым убили Дугласа. Внутреннее чутье подсказывает, что он все еще в доме, и наша миссия сейчас – найти его и надеяться, что он сдвинет одну костяшку домино, которая запустит цепную реакцию.

— Я внимательно слушала, пока ты не заговорила про домино, – тихо смеется Марина.

— Что, перебор?

— Не надо изображать Агату Кристи, чтобы нас впечатлить, – говорит она, пытаясь достать мне печенье, не привлекая внимания Лестата. – Я думаю, ты чертовски хорошо справляешься, будучи сама собой.

Я беру куччидати и запихиваю в рот, бесконечно счастливая, что когда-то повстречала Марину Малоне.

* * *

Кто бы там что ни говорил о Бабе, лично я считаю ее членом команды. Она сейчас могла бы прозябать на свалке или стать раритетным экспонатом какого-нибудь престарелого мальчика, который полировал бы ей колпаки на колесах, а вместо этого Баба каждый день выходит на дежурство. Прямо сейчас мы все сидим, пристегнутые ремнями к сплошному переднему сиденью, и трясемся у светофора по дороге на Бримсдейл-роуд. И пусть ощущения как на виброплатформе, я уверена, что Баба доставит нас к месту назначения, будь то Скарборо-хаус или хоть сам Скарборо^[21].

Марина просматривает список мест, где может быть спрятано оружие.

— Мы неделю с одним только подвалом провозимся, – размышляет она вслух, хмуро покусывая заусенец.

— Голосую за то, чтобы оставить подвал напоследок.