Книга Призраки, любовь и прочие безумства, страница 123 – Джози Силвер

— Хоть мы и не сможем увидеть никого из братьев, я все равно волнуюсь, – призналась Джоджо, а Ричард на всю поездку погрузился в глубокие раздумья. Пожалуй, даже хорошо, что мы застали их врасплох: будь у них время все хорошенько осмыслить, едва ли они согласились бы ехать.

Я вылезаю из Бабы и разминаю спину, затекшую от долгого пути на жестком сиденье из семидесятых. Марина с Арти присоединяются ко мне на тротуаре, и все мы стонем и ворчим, разминая плечи и шею.

— Значит, это тот самый дом? – Джоджо смотрит на Скарборо-хаус, прикрывая глаза от солнца. – Роскошный.

— Немного неухоженный, – замечает Ричард, потирая рукой подбородок.

Он выглядит серьезным, и у него есть основания. Этот дом мог бы принадлежать ему, если бы не жестокая ошибка правосудия, которую, вполне возможно, никогда не удастся исправить, по крайней мере не целиком.

— Как мы попадем внутрь? – спрашивает Арти, ведь у нас забрали ключ от задней двери.

— Пока точно не знаю, – отвечаю.

— Я не хочу вламываться в дом, – хмурится Ричард.

— Я тоже, – медленно отвечаю, пока в голове лихорадочно мелькают возможные варианты. – Надеюсь, и не придется.

Достав из Бабы сумку с инструментами, я веду всех во двор через садовую калитку, к счастью не запертую на засов, а затем – по уже знакомой и протоптанной дорожке к заднему входу. Дергаю за дверь в тщетной надежде, что Донован Скарборо забыл ее запереть.

Увы и ах.

Так, ладно. Я отступаю и, уперев руки в боки, оглядываю заднюю часть дома.

— Что ж, значит, план Б, – говорю бодро. – Скрестите пальцы.

— Подвал? – спрашивает Марина, и я киваю:

— Будем надеяться, что дверь из подвала в дом открыта. Арти, спустись со мной, пожалуйста. Марина, останься здесь с Ричардом и Джоджо, мы проникнем внутрь и посмотрим, получится ли открыть заднюю дверь изнутри: возможно, он оставил ключ в доме.

— Возражений нет, – говорит Марина, заглядывая через люк для угля в подвал, когда мы его открываем. (Я боялась, что его после нас заперли, но удача на нашей стороне.) – Эти туфли не созданы для того, чтобы изображать из себя Алису, ныряющую в кроличью нору.

— Ребята, вы уверены? – спрашивает Джоджо с сомнением.

— Все в порядке, честно, – отвечаю я. – Арти, можешь спуститься первым? Тебе меньше падать.

— Телефоны? – напоминает Марина, и мы оба достаем мобильные и включаем фонарики.

— Готов? – спрашиваю я Арти.

Надеюсь, он не заметил в моем голосе внезапную нервозность.

— Всегда готов, крошечная танцовщица^[25], – откликается он.

Меня разбирает смех: фраза ужасно нелепая и не в его духе.

— Прости, – смущенно улыбается он. – Я приберегал эту шутку с тех пор, как чуть не перекинул тебя через ворота. Хотел рассмешить.

Я плачу от хохота, и напряжение уходит.

— Что ж, тебе определенно удалось. – Я вытираю слезы. – А теперь ныряй в проклятый подвал.

* * *

Арти опускает длинные ноги в люк и, коротко кивнув, скользит вниз. Слышно, как он приземляется с мягким стуком. Фонарик пронзает темноту, освещая мне путь.

— Если я не вернусь через десять минут, уходите и живите счастливо, – говорю я с преувеличенным, драматичным вздохом кисейной барышни, бросаю сумку вниз к Арти и опускаюсь в люк по пояс. – Позаботься о Лестате!

Марина приходит в ужас от такого наследства:

— Ни за что! Если ты не появишься через десять минут, я спущусь сама, в туфлях или без.