Онлайн книга «Четвёртая»
|
— Довольна?! — царапал льдинками синих глаз, хлестал колючим голосом, сапогами втаптывал в землю. — Ты довольна, Сольге? Чужая радость не даёт тебе покоя? Сама пылишься в своём архиве и считаешь, что другие должны вечно сидеть в пыли и грязи? Или ты решила, что я навсегда должен остаться у твоей юбки? Не можешь вынести мысли, что однажды я женюсь на другой? Сольге… Нет, не окаменела. Чем громче кричал Хендрик, тем прямее становилась её спина, тем выше поднимался подбородок и жёстче становился взгляд — куда там хрупким льдинкам до грозовых туч. Отступили на шаг юнлейны, стих привычный дворовый гомон вокруг, но Хендрик ничего не замечал. — Думаешь, ты единственная женщина во всем Октльхейне? Да кому ты нужна!.. Шавка!.. То ли понял, что именно ляпнул, то ли дыхания просто не хватило, но Хендрик замолчал, яростно сопя. Усмешка, которой ему ответила Сольге, заставила юнлейнов отступить ещё на три шага и прочь разогнала остальных невольных зрителей. Говорят, с такой усмешкой старый король отправил трёх своих военачальников в их последний поход — не прощал он ни неуважения, ни даже намёка на неповиновение. И какая разница, признал он незаконнорождённую дочь или нет — его кровь всё равно громко в ней заговорила. Глупый мальчишка! Молчание Сольге и прямую её спину, удаляющуюся в направлении голубятни, он истолковал как свою победу. Он так и не понял, отчего перестали перешучиваться его товарищи, отчего они отводили глаза и не спешили поздравлять с тем, как здорово он поставил на место нахальную любовницу. Глупый, глупый мальчишка! * * * Как она дошла до голубятни, Сольге не помнила. Кровь шумела в ушах, словно каждый, кто остался там, за дверью, смеялся ей в след. Сердце металось, как муха в кувшине — бестолково и больно. Ох, Хендрик, как же ты мог? Стоило ей чуть успокоиться и осмотреться, как оказалось, что это было ещё не всё. Она не увидела ни одной птицы, а вся голубятня была засыпана разноцветными перьями. Сольге сделала шаг и вскрикнула — пол был залит кровью и… Ой! Сдерживая тошноту, она бросилась к тайной двери. Заперто. Уже хорошо. Дрожащими руками достала ключ. Слава Сёстрам! Всё было в порядке. Неведомый убийца то ли не знал о существовании этой комнаты, то ли не нашёл способ сюда проникнуть. Чёрные голуби-драконы спокойно сидели на своих насестах, словно и не было за стеной безжалостной бойни. Отдышаться не получилось. Как ни радовала сохранность голубей посланника Горто, но связь с другими странами сейчас была потеряна и, кажется, надолго. Два удара подряд… Сольге на подгибающихся ногах вышла на улицу и застыла: по двору радостно хохоча и размахивая чем-то похожим на шар из перьев, носилась Доопти. Все её платье было залито кровью и облеплено перьями, а шаром оказался голубь из северных княжеств, самый крупный, самый пушистый… Доопти всё бегала, всё смеялась, подкидывая вверх свою добычу. А вокруг стояла густая и вязкая, как застывающая смола, тишина. Прислуга, конюхи, юнлейны, дворовые дети — все обитатели замка влипли в неё, не в силах ни двинуться, ни вымолвить ни слова. — Дрянь! — взревела Сольге и бросилась к девчонке. Ухватив ту за шиворот, она прямо-таки вытрясла несчастную птицу. Поздно. Головка в перьевой шапочке бессильно свесилась на сломанное крыло. |