Книга Острые предметы, страница 53 – Юлия Устинова

— Скажи, мама, тебе не угодишь, — посмеиваясь, Саша отправляет в рот значительную часть котлеты.

Вот, у кого нет проблем с аппетитом. И я несколько раз ловлю себя на том, что сижу и с тупым видом наблюдаю, как ест Саша.

В юности девчонки болтали, что если нравится смотреть, как ест мужчина, значит любишь его по-настоящему.

Мне не нравится, как ест Олег.

А в Саше все нравится. Всё. И даже больше, чем раньше. Значительно больше. Потому что Саша Химичев теперь не просто мой привлекательный сосед, по которому сходят с ума все девочки.

Саша — человек, благодаря которому я живу и воспитываю сына. И заботу о нем, Саша хочет со мной разделить.

Химичев и раньше казался мне самым-самым.

Надо ли говорить, что теперь мое отношение к нему находится далеко за пределами каких-то там представлений о мужской привлекательности?

Это нечто большее. Это сильнее, важнее, значимее.

Но имею ли я право на все эти чувства? Есть ли в этом смысл?

Предложение Саши породниться касалось исключительно Миши. И я не фантазирую, ничего такого. Понимаю, что Саше есть, с кем проводить время. Вику я больше не видела, но это еще ни о чем не говорит.

Саша здесь из-за Миши.

А мне так стыдно.

Ведь и с Олегом нужно что-то решать. Не буду же я бегать от его поцелуев вечно… А всю последнюю неделю я именно так и поступаю. Спасаюсь позорным бегством.

— Сама-то чего не ешь? — Саша вдруг подлавливает меня том, что я пялюсь на него, и обращает внимание на мою тарелку.

— Я страсть, как не люблю гречку, — заговорщицки шепчу, прикрыв ладонью рот, так тихо, чтобы Миша не слышал.

— Ну ты, мать, даешь, — Сашу очень забавляет мое признание.

— Я ем, ем, — для Миши говорю и отламываю вилкой котлету.

Мишка первым разбирается с едой и убегает в комнату. Саша вчера купил ему конструктор — целый огромный баул. Так что полезным занятием на вечер сын обеспечен.

После ужина я завариваю для Саши чай. Уже знаю, что он пьет очень крепкий и горячий.

Крепкий и горячий… Как и сам Саша.

Боже, и о чем я думаю?

— Что это?

С пылающим лицом оглядываюсь на Сашу. Свернув шею, он смотрит на файл с документами, который я не удосужилась убрать со стола, а просто приткнула его к обоям, как делаю по привычке.

— Направление, — подойдя к столу, еще пуще краснею, поспешно тянусь за файлом и перекладываю бумаги на холодильник. — Нам в пятницу на комиссию, — стараюсь звучать ровно.

— Что за комиссия?

— Там будет психиатр и логопед… И дефектолог. В общем… узкие специалисты, — объясняю, пока наливаю в чашку чай.

Моя рука подрагивает. Гадаю: обратил внимание или нет?

— И зачем? — вкрадчиво интересуется Саша.

— В логопедическую группу Мишу перевожу. С сентября, — ставлю перед ним чашку, опасаясь смотреть в глаза.

— А психиатр зачем?

— Ну так положено. Я не знаю, Саш, — пожимаю плечами. — Никто ничего толком не объясняет. Мы прошли врачей в поликлинике. Теперь вот консилиум будет на Суворова.

— Хочешь, с вами схожу? — предлагает Саша.

— Нет… — растерянно моргаю, опускаясь на стул — Зачем? Не надо. — И наконец решаюсь высказаться на тему, что уже неделю висит в воздухе: — Саш, я еще пока ничего не решила. Просто то, что ты предложил — это очень… серьезно. Мы привыкли с Мишей к тому, что нас только двое. А перемены — это всегда стресс. И тут еще эта комиссия…