Онлайн книга «Я (не) ваш трофей!»
|
А потом я переворачиваю телефон экраном вниз. Нет. Не потому что я хочу их наказать. Не из гордости и не назло. Я помню, как они говорили это искренне. Что готовы все исправить. И помню, что за все это время ни один из них ни разу не сказал мне правду первым — всегда только после того, как ее сказал кто-то другой… А еще я точно слышала, и не раз, что они вообще не готовы к серьезным отношениям и к детям… За дверью ванной скрипит половица. — Злат? — тихо зовет Ника. — Ты чего там так долго? — Сейчас, — говорю я и слышу, что голос у меня совсем не мой. Она молчит секунду. А потом дверь приоткрывается и Ника заходит внутрь. Смотрит на меня, сидящую на полу. Смотрит на тест у меня в руке. Я вижу, как она бледнеет, как открывает рот, чтобы что-то спросить, и как передумывает. Она молча садится рядом на пол, поджав под себя ноги. Берет меня за руку. И сидит так, пока я реву на холодном кафельном полу, потому что она у меня умная девочка и понимает: сейчас никакие вопросы не нужны. А мне так страшно и плохо, что хочется вскрыться. Наверное, мне не было так плохо, когда отец нас обоих исколошматил и оставил шрамы на наших телах. Или когда я понимала что Ника у родителей не может находиться и при этом не могла ничего сделать… — Мы справимся, — говорит она наконец, тихо, куда-то мне в макушку. — Ник… — Даже не думай делать аборт. Мы. Справимся, — повторяет она с той упрямой непреклонностью, с какой я год назад говорила это ей самой в комнате для заседаний по опеке. — Ты меня вытащила. Теперь моя очередь. Я не знаю пока как, но моя… Я обнимаю ее и реву еще сильнее. Уже потом, ночью, когда Ника наконец засыпает, я сижу на кухне за столом с отколотым уголком столешницы и смотрю на тест, лежащий передо мной на клеенке. Две полоски. У меня нет работы. У меня нет плана. Мне двадцать лет, у меня есть пятнадцатилетняя сестра, восемь тысяч на карте и беременность, о которой не знает ни один человек на свете, кроме нас двоих… Ну уж нет. Мы справимся с этим. |