Книга Новый год с оборотнем, страница 39 – Александра Салиева, Анастасия Пырченкова

— Учти, побежишь, я за себя не отвечаю. Где догоню, там секс и случится.

И я даже поверила. После всего содеянного им, это заявление уже почти не удивило.

— Когда я от тебя сбегу, ты меня догнать и остановить уже не сможешь. Обещаю, — решила просветить его.

Я вообще за честную борьбу. Так победа ощущалась слаще.

Так что пусть ждёт и предвкушает. А то, что ему понравились мои слова, я уверена. Синие глаза потемнели до ультрамаринового оттенка, а затем загорелись изнутри ярким неоном. На губах расплылась довольная усмешка.

— Снежинка, ты мне нравишься всё больше. Клянусь, если ты когда-нибудь от меня сбежишь, я всё равно найду и верну тебя. И буду наслаждаться каждой минутой владения твоим телом.

— Не сомневаюсь, — фыркнула и, наконец, стянула с себя комбинезон.

Под ним ещё был термокостюм, так что стесняться было нечего, но я всё равно смутилась в моменте, поймав жадный взор подсолнуха на себе. Костюм не только грел, но облегал тело, как вторая кожа. Ещё и цвет имел бежевый, сливаясь с моей внешностью. О чём я совсем забыла. У моего личного маньяка-извращенца даже черты лица заострились, пока он разглядывал меня такую, по виду почти голую. И ничего хорошего в выражении его лица не было.

— Продолжишь так смотреть, я реально побегу, — предупредила. — Твой взгляд меня пугает.

Даниэл вздрогнул, прикрыл глаза на мгновение. В тишине кухни хрустнули кулаки. А я в самом деле приготовилась сорваться с места. Но он прикрыл глаза, а когда открыл они снова были цвета самого глубокого океана. Без всякой подсветки.

Но я всё равно не спешила расслабляться. Он же, как мотор гоночного кара, заводился с пол оборота. Сейчас спокоен, а через миг снова возбуждён. А член его вовсе, похоже, никогда не бывал в лежачем состоянии.

Кобель плешивый!

— Почему мне кажется, что ты опять меня ругаешь? — вздохнул Даниэл, поймав мой хмурый взгляд.

— Потому что тебе не кажется? — съязвила, отвернувшись от него.

И зря я это сделала. Зря повернулась спиной к этому бесстыднику. Только и успела, что вздохнуть, как оказалась поднята им над полом.

— Даниэл! — прошипела недовольно.

И тут же замолкла словив его восторженную улыбку.

— А назови меня ещё раз так по имени, — попросил следом.

Не удержалась и прикоснулась тыльной стороной ладони к его лбу. Горячий. Вот и отлично. В смысле, теперь понятно, чего его так крыло. Заболел бедняга. А раз так, то, так и быть, не стала отказывать в просьбе страждущему.

— Данечка, солнышко, а давай ты лучше пойдёшь, поспишь. Ты, кажется, заболел, — сообщила заботливо, смахивая с его плеча невидимые пылинки.

Такого подсолнух не ожидал от меня. Забуксовал. В синем взоре отразилось недоумение. Но уже через миг пришёл в себя, а я остро пожалела о своей доброте.

— А идём, — согласился он.

И пошёл. Вместе со мной. На выход из кухни.

— А… а стейк? — потянулась рукой к исчезающему за поворотом проёму.

— Потом. И стейк, и что захочешь, — протянул с предвкушением подсолнух.

А мне только страшнее стало.

— А сейчас что? — уточнила осторожно.

— А сейчас мы будем спать, как ты и предложила. Разденемся, примем душ, уляжемся в кроватку, и я покажу тебе все свои любимые позы, в которых люблю спать. А потом ты мне — свои.

Ма-ма…

— У меня только одна любимая поза — одиночество, — поспешила отказаться от сомнительного обещания.