Книга Отвергнутая драконом, страница 103 – Ия Эмдин

— Адалин, - сказал он.

— Здравствуй, Генри.

Она не подошла ближе и не предложила ему сесть. Сама тоже осталась стоять у двери. Он, кажется, понял: шагнул было к ней, но остановился.

— Спасибо, что вышла, - сказал он. - Я думал, не выйдешь.

— Я тоже думала. - Она помолчала. - Аларик запретил тебе ко мне подходить.

— Знаю. - Он невесело усмехнулся. - Если он меня убьёт, значит, так тому и быть. Мне нужно было с тобой поговорить. Хоть раз. Нормально, без него.

— Говори.

Генри долго молчал. Смотрел то на лимонное дерево в кадке, то на свои руки, то в пол. Адалин ждала. Странно, но ей не было ни страшно, ни неловко.

— Я поступил с тобой как последний гад, - сказал он наконец. - Я это понимаю. Теперь понимаю. Три года ты жила рядом со мной, а я тебя не видел. Ты вела мои дела, лечила моих людей, сидела ночами над моими счетами, а я думал, что ты просто… тихая. Скучная. Что ты есть и всегда будешь, как мебель в доме. - Он поморщился. - Я позволил матери выбрать мне жену. Позволил ей выгнать тебя.

— Я помню, Генри.

— Я знаю, что помнишь. - Он поднял на неё глаза.

Адалин молчала.

— Я ждал, что ты придёшь сама. - Голос у него стал тише. - Что будешь плакать. Кричать. Цепляться за меня, просить, чтобы я передумал. Говорить, что любишь меня и не можешь без меня жить. Я, наверное, даже хотел этого. Чтобы мне было тяжело тебя отпускать. Чтобы было видно, что я тебе нужен.

Он засмеялся, коротко и зло. Не над ней, над собой.

— А ты просто ушла. Посмотрела на меня, как на пустое место, и ушла. Ни одной слезинки, ни одного слова. Я потом полгода не мог понять, что меня так грызёт. Думал, совесть. Думал, жалость. А это была злость. На то, что ты смогла без меня, а я без тебя не смог.

Адалин слушала и ждала, когда внутри что-нибудь отзовётся. Полгода назад она бы, наверное, расплакалась от этих слов. Месяц назад, может быть, разозлилась бы. А сейчас было тихо. Пусто, как в комнате, из которой давно вынесли мебель: стены на месте, окна на месте, и даже эха нет.

Адалин ничего не ответила.

Генри сел. Не спросил разрешения, просто опустился на плетёный стул у столика, где по утрам завтракал Аларик, и сгорбился, свесив руки между колен.

— Изабель под стражей, - сказал он, не поднимая головы. - В нашем городском доме. Там теперь у каждой двери по два солдата императора, а в её спальне день и ночь сидит маг из трибунала, следит, чтобы она не колдовала. Допросы каждый день. Она смеётся им в лицо, говорит, что ничего не знает, что дядя её обманул, что она просто бедная глупая женщина, которая вышла замуж по любви.

— А ты?

— А я хожу мимо её двери и делаю вид, что меня это не касается. - Он потёр лицо ладонями. - Её не казнят, Адалин. И даже в крепость не отправят. Не сейчас. Она беременна. Закон Пяти Огней, нельзя поднимать руку на женщину, которая носит ребёнка дракона. Император сам подтвердил.

— Я знаю этот закон.

— Я не могу с ней развестись. Совет не примет прошение, пока она носит ребёнка, такого закона нет. Не могу уйти. Не могу её выгнать. Мать говорит, что надо терпеть, что всё образуется, что ребёнок ни в чём не виноват. - Он засмеялся, тихо и страшно. - Мать. Она до сих пор считает, что это она её выбрала. Что мы просто попали в неудачную историю, а если вести себя прилично, все забудут.