Книга Отвергнутая драконом, страница 72 – Ия Эмдин

Портниха так и не пришла.

Вместо неё через час в Янтарные покои вошёл Аларик. В руках у него была маленькая шкатулка из чёрного дерева, окованная по углам потемневшей бронзой.

— Ведда передумала, - сказал он. - Говорит, одна портниха за сутки не сошьёт тебе даже приличного платья для бала, не то, что всё остальное. Поэтому ты поедешь в город сама.

— В город? - Адалин отложила гребень. - Аларик, у меня с собой три платья. А денег…

Денег у неё было немного. Небольшой кошель с серебром, оставшимся от отступного Генри, и несколько золотых, которые она выручила за травы и мази, проданные осенью в деревне. На такие деньги в столичных салонах можно было купить разве что пару перчаток. И то не самых лучших.

— Деньги не твоя забота, - сказал Аларик.

Он открыл шкатулку и поставил её перед ней на туалетный столик.

На тёмном бархате лежало кольцо.

Массивное, старинное, из чернёного золота. Оправа была выкована в виде дракона, обвившего камень крыльями и хвостом. А сам камень… Адалин никогда не видела ничего подобного. Он был чёрным, как вулканическое стекло, но в его глубине медленно, лениво текли багровые прожилки, словно под тонкой коркой остывшей лавы до сих пор жил огонь.

— Это печать рода Асхардов, - сказал Аларик. - Брат подписал указ час назад. Обряд проведут официально, перед Советом, но по закону ты уже под моей защитой. С этой минуты.

Адалин смотрела на кольцо и не решалась его взять.

— Это слишком, - прошептала она.

— Это ровно столько, сколько нужно. - Он вынул кольцо из шкатулки, взял её левую руку и надел его ей на палец. - Любой лавочник, любой ювелир, любой дракон в этом городе знает этот камень. Покажешь его, и всё, что ты выберешь, запишут на счёт Асхардов.

— Купи всё, что нужно, - сказал Аларик, целуя её пальцы над кольцом. - И всё, что не нужно, тоже. Я хочу, чтобы на балу ни одна женщина в зале не могла отвести от тебя глаз.

— А мужчины?

— Мужчинам я сам выколю глаза, - невозмутимо сказал он. - Если будут смотреть слишком долго.

С Адалин отправились Мирта и Олли, а ещё Сабина, высокая темноглазая женщина лет сорока, которая, как выяснилось, тридцать лет назад одевала покойную госпожу Асхард и до сих пор помнила, у каких модисток в столице шьют хорошие платья. Позади, на расстоянии, ехали двое стражников из отряда Аларика. Адалин узнала в них близнецов.

Карета была чёрной, без гербов и позолоты, но четвёрка вороных коней в упряжи с бронзовыми бляхами говорила сама за себя. Когда она выехала за ворота Дворцового холма, прохожие на улицах оборачивались ей вслед.

— Сначала к мадам Флоранс, - распорядилась Сабина, загибая длинные пальцы. - Платье для бала. Потом к братьям Орсини, у них лучшие меха в городе. Потом обувь у Лемана, перчатки и бельё у вдовы Делакруа, духи у Ансельма, а ювелиры напоследок. К ювелирам, миледи, всегда в последнюю очередь. Камни выбирают под платье, а не наоборот.

— Сабина, - осторожно сказала Адалин, - мне ведь нужно только одно платье. Для бала.

Три пары глаз уставились на неё с таким ужасом, будто она предложила выйти на бал в ночной сорочке.

— Миледи, - медленно произнесла Сабина, - Послезавтра вас пригласят на приём к императрице. Через три дня на охоту. Через неделю на открытие весеннего сезона в опере. Потом ужины. Чаепития. - Она покачала головой.