Книга Три дня счастья, страница 1 – Татьяна Лаас

Пролог

Он избегал этого дома почти три года. Нет, сперва, конечно, он мчался сюда в дикой надежде почти каждую свободную минуту, но понимал, что напрасно — ничего уже исправить нельзя. Он не справился, он нарушил данное ей обещание защищать её. Это сводило с ума, и он возненавидел этот дом, еще пропитанный ароматом флердоранжа, полный её вещей: гребень, ожерелье, корсет, то самое платье, — и неожиданных записок, обнаруженных совершенно случайно — в них она просила не наказывать его, потому что он все совершал под принуждением. Она его принуждала! Да что за бред… Она знала, что все может закончиться плохо и заблаговременно спасала его.

Он ненавидел этот дом, потому что здесь еще жил призрак надежды, когда-то тут витавший, призрак перемен, в которые он почти поверил.

Иван не раз спрашивал, что случилось; почему раньше сбегавший каждую свободную минуту в свое убежище он забыл о нем, о просторе, о свободе? Саша при этом молча упирался взглядом в носки своих щегольских штиблет и о чем-то горько думал. Вот только жалеть его не надо!

Прошло почти три года, и он все-таки вернулся сюда. Еле слышно плескалось озеро. Оно ласкалось, словно бестолковый кутенок, только обмануть уже не могло — он знал, что обитало на дне, он знал на что способны эти тихие воды. Хотя с таким же успехом этот демонический гад мог прятаться не тут — ему подвластны все воды страны.

Он не позволит застращать его, он не позволит демону разрушить его любимое место. Место, где он был счастлив. Его не напугать.

Он убьет этого гада. Возьмет измором. Пусть на это уйдет вся его жизнь и даже нежизнь, он уничтожит гада, который разрушил его мир и его счастье. Прелесть существования кромешником в том, что даже смерть не остановит его.

Закат окрасил в алое и небо, и озерную гладь. Тянуло холодком. Плескалась рыба. Наверное, надо было позвать парней на рыбалку. Только сперва надо навести порядок в доме. Саша внимательный, он может что-то найти не то, он может что-то заподозрить, если уже не. Да и Иван недалеко от него ушел в наблюдательности.

Сперва уборка, а потом… Он говорил ей, что у него много планов в этой жизни. Нет, огород разбивать он не станет — вместо этого можно засадить всё многолетними цветами, почти не требующими ухода. Потом всё же надо сложить баню — лучше поздно, чем никогда. И вот тут без помощи друзей никуда. Завести дочь и тем более вырастить сына без нее невозможно, так что этот пункт вычёркивается за ненужностью. Зато он закончит крыльцо, превратит его наконец-то в огромную террасу с видом на озеро, сделает удобные ступеньки, на которых можно сидеть и просто молчать, замостит дворик, а потом… Опаньки, а чего мелочится-то⁈ Он просто перестроит весь дом, благо теперь за ним никто не следит и жалованье, которое некуда тратить, позволяет.

Ему дом уже никогда не понадобится, но есть же Сашка и Иван. Хотя Громову, рожденному с золотой ложкой во рту, скорее всего, это убежище в глуши и не нужно — он привык к московским хоромам, зато Ивану точно пригодится. Когда-нибудь же он поймет всю нелепость запретов, наложенных на кромешников.

Только судьба любит посмеяться над ним. Его планам не дано было осуществиться. Сашка, который должен был быть баловнем фортуны, умудрился выгореть и оказался обреченным на страшную смерть. А Иван был скован обетами так, что не продохнуть.