Книга Невеста полоза. Пленница златых очей, страница 35 – Екатерина Алешина

— Не случится такого, – ответил Драгомир. – Как она придет ко мне из иного мира? Будто неведомо вам, что только полозы да малахитницы могут пройти переход межмировой между Землей и Аркаимом. Ну, ведуньи сильные, раз уж на то пошло. Но опять-таки, сами не пройдут, им проводник нужен – малахитница иль полоз. Да и то в особый день. А она – простой человек. Ей такое не под силу.

— Странно, что ты песнь зовущую стал произносить, – подумал вслух Светозар. – Ее слова мы не забыли, раз уж передавалась она из уст в уста, как память прошлого, да только я на своем веку еще ни разу не слышал, чтобы кто-то ее произносил по-настоящему. Может, невеста твоя какая-то особая?

— Я сначала тоже так подумал, когда узнал о ней. А потом, когда узрел ее, понял, что она хоть и хороша собой, но ничем особым не отличается. И к чему матушка сватовство это удумала, для меня неясно. Все равно теперь уже неважно, что там в мыслях у матери было. Моя невеста скоро умрет, и все договоренности потеряют силу.

Насущные дела отвлекли их от беседы, и к ней они больше не возвращались.

На ужин состряпали похлебку из зайчатины, а после засобирались на ночлег. Ночной сумрак опустился на остывшую землю. Драгомир всегда наравне с дружиной назначал и себе дозорные часы, но сегодня был не его черед, и потому он уснул, едва оказался лежащим на своей рогоже.

И снова этот запах – малина да вересковый мед. И что бы наяву ни молвил Драгомир, а вдыхать этот запах ему хотелось. Такой притягательный и ни на что не похожий. Он пробуждал в душе сладкое томление. Так пахла только она. Его умирающая невеста, имени которой он не ведал даже. Драгомир с досадой подумал о том, что начинает привыкать к этому запаху, вдыхать его с наслаждением. Желать ощутить его на языке. Как бы не пристраститься к нему…

Она где-то рядом. Здесь, на знакомом ему берегу реки. Стоит лишь вдохнуть полной грудью ее упоительный запах, и он приведет его к ней. Драгомир всем своим существом почуял ее близость, и мягкие девичьи ладони легли на его плечи, погладили спину. Ее дыхание защекотало его кожу между лопаток, и в теле Драгомира будто дрогнула струна. Тягучее и сладостное чувство вспыхнуло внизу живота и осталось тихо тлеть, медленно растекаясь по телу. Князь выдохнул и с сожалением помыслил о том, что привыкает к этим снам. И касания девицы этой, и ее дивный запах и голос пробуждали в нем нечто жаркое и такое всеобъемлющее, что вмиг захватывало тело и разум, разжигало кровь. Коли сам ее не видел бы тогда, так и подумал бы, что ведьма, околдовала! Но князь не видел в иномирной девице ничего такого, а потому лишь, проснувшись, нахмурился, понимая, что теперь эта девица – постоянная гостья его снов. И самое худое то, что Драгомир начинал привыкать. И ему это даже становилось по нраву.

«Все же после похода стоит сходить в уральские земли да еще раз на девицу взглянуть. Дабы убедиться, что точно не ведьма», – помыслил про себя князь и снова уснул.

И виделась ему лазурная высь неба, и он лежал средь макового поля. Тихое сопение слышалось совсем рядом, ощущалось тепло чужого тела, и девичья ладонь покоилась на его груди. От солнечных волос исходил знакомый нежный запах.

Кажется, она поселилась в его снах до конца своей короткой жизни. И отчего-то Драгомиру такие встречи больше не были в тягость. Скорей наоборот. Пора уже было признаться самому себе, что, когда девица умрет, этих снов ему будет не хватать. Но время все исправит, присыпет воспоминания пылью лет. Он – князь Златославии. Он навеки принадлежит этой земле, и все мирское ему должно быть чуждо.